Книга Проклятый район, страница 25 – Александр Матюхин

Я сверился с маршрутом. Для меня лес – чужая территория. Никогда в нем не был. Вокруг деревья, кусты, паутина какая-то то и дело лезет в глаза, коряги, трава по колено. Комары опять же. Жуки. Может даже змеи водятся. В школе был пацан из деревни, рассказывал байку. Однажды к нему в штанину змея забралась, пролезла по ноге вверх и вылезла прямо из ширинки. Не укусила, но все равно приятного мало. Выстроенный в телефоне маршрут был просто полоской среди зеленого пятна леса. Непонятно, куда идти: вправо или влево. Поэтому я шел почти наугад, ориентируясь по стрелке в навигаторе.

Ваня посоветовал:

«Ищи тропинку какую-нибудь. Там грибники бродят, наверняка протоптали».

Грибники могли уже давно найти землянку и забрать из нее все.

Первое время я глазел по сторонам, высматривал змей и прочих тварей, а зеленый лесной фон слился для меня в сплошное пятно. Какие уж тут тропинки. Коряги, овраг, ручейки, мох и камни – да. А тропинок я в упор не видел.

Потом вдруг наткнулся взглядом. Действительно, тропинка. Вытоптанная сотнями ног. Отпечатки кроссовок, босые пальцы среди влажной почвы. Рыжая вялая трава. Один раз увидел, и понял, что уже не потеряю ее из виду. Извивается вглубь леса, мимо сваленных деревьев и пней.

Стрелка навигатора показывала, куда идти.

Постепенно темнело. Причем снизу вверх. Если задрать голову, то было видно, как макушки деревьев еще серебрились в закатном свете, а внизу земля уже наполнилась чернотой, особенно в оврагах, ямах и вокруг пней.

Я шел минут пятнадцать, то и дело сбиваясь с тропинки. Идти ровно по ней не выходило. Где-то дорогу перегородило упавшее дерево, где-то ее начало размывать – пришлось обходить. Где-то навигатор указывал в сторону, и я сворачивал с тропы и лез прямо в заросли кустов, сам себе напоминая медведя, ищущего малину.

Я остановился у ручья. Он был неглубокий, но широкий. Из воды торчали камни и коряги. Я огляделся, надеясь найти обход – что-нибудь типа перекинутого бревна или еще одной тропинки, и вдруг увидел…

На другом берегу ручья стояли два подростка. Мальчик и девочка. У них были белые лица в подтеках, впалые глаза, блестящая кожа. Мальчик был в потертой рубахе до колен с короткими руками, а девочка в сарафане с белым поясом.

Мы стояли и смотрели друг на друга несколько секунд. А потом подростки, как по команде, бросились ко мне через ручей, подняв тучу брызг.

Я не стал дожидаться, пока они перебегут, и рванул в противоположном направлении. Тут уже стало не до навигатора. Ветка хлестнула по лицу и больно обожгла щеку.

Ноги провалились в мягкий мох, сапоги мешали. Запнувшись о корягу, я грохнулся в траву, проехал ладонями по камням и едва не влетел головой в пень. Резко развернулся и увидел склонившегося надо мной мертвого мальчика.

Его лицо было словно слеплено из глины. На коже собрались крупные капли влаги – они стекали с губ и с кончика носа. Под веками набился мох, медленно сползающий на глаза. Дыхнуло перегноем и грязью, как на болоте.

— Ну, и чего от меня хочешь? – пробормотал я, приподнимаясь на локтях. – Напугать? Да я и похуже видал. Подраться? Ну, давай.

Я врал. Не видал похуже.

Пацан склонил голову на бок, словно разглядывал диковинку. Потом запустил руку в карман шорт, что-то достал. Сотовый телефон.