Книга Какао для ведьмочки, страница 52 – Кира Русова

Та, недолго думая, отругала меня не самыми приличными словами за то, что с земли она вообще-то не любит есть – потому что, видите ли, вкус от этого портится.

— Жуй давай, – возмущенно прошипела я, но кажется, Арсений меня все же расслышал.

— Ладно тебе, Лиз, не расстраивайся так. Я сейчас, – с этими словами он взбежал на крыльцо и исчез за дверью универа.

— Я это, наверное, пойду, – сказала Катя, проводив взглядом Лаврова. – В книжный заеду, заодно и тебе тот роман посмотрю. Ты же еще его не нашла?

— Нет, но у меня, кажется, есть кое-что поинтереснее, – задумчиво ответила я, вспоминая книгу из волшебной лавки.

— Дашь потом почитать? – с энтузиазмом спросила подруга. – Там какая линия? Она в него первая влюбляется или он? А может, там любовный треугольник? – мечтательно добавила она.

— А там все вместе: и она, и он, и любовный треугольник, – отмахнулась я, наблюдая, как ворона оттаскивает пирожок под дерево.

— Ого! Не читала еще такого! Ну, как дочитаешь – жду. До завтра! – и подруга обняла меня на прощание.

— Вот, держи. Последняя была, как раз тебя дожидалась, – Арсений протянул мне такую же сдобу, от которой я только что благополучно избавилась.

— Спасибо, – смутилась я.

С одной стороны, мне, конечно, было приятно, что Арсений принес мне пирожок. Заботу проявил. Хотя сдоба – это не то же самое, что цветы или поход в кино… Но ведь главное – внимание! С другой – теперь мне его придется есть, а я и правда не голодная… Пока мы шли до остановки, я давилась пирожком, ругая про себя Клару.

— Ну как? Теперь готова грызть гранит науки? – спросил Лавров, когда я еле-еле осилила остатки.

— Грызть, пожалуй, нет. А вот освежить знания – да.

Ага! Особенно о том, где и с кем ты живешь. А еще о твоих хобби и интересах. Не может же человек только учебой заниматься.

В забитом автобусе мы ехали так близко друг к другу, что у меня чуть не закружилась голова от счастья. Оказалось, что Арсений живет через два дома от меня! Если это не судьба, то что тогда?

Мы пешком поднялись на четвертый этаж старого дома, и Арсений позвонил в дверь. Я уже представила, как мы будем смотреть друг другу в глаза в полумраке его комнаты, как он нежно коснется моих волос и прошепчет…

— Дед, ты дома? – Арсений постучал кулаком в дверь. – Это я, открывай!

Чего? Значит, мы втроем будем сидеть у него дома: я, Арсений и дед? Я разочарованно вздохнула.

— Прости, дедуля слегка глуховат, вот и не сразу открывает, – и Арсений снова принялся колотить в дверь.

— Чего орешь как полоумный?! – высунулась седовласая голова. – Етить-колотить! Так ты не один! Хоть бы предупредил, охломон окаянный!

— Дед, ну не начинай. Это Лиза – мы учимся вместе, – сказал Арсений, укоризненно посмотрев на родственника.

— Ну, хоть девку наконец домой привел, а то мне бабка всю плешь уже проела! Чайник бы что ль поставила! Опять свинтила куда-то, с подруженциями, – шаркая тапками, пробурчал тот.

— Бабушки уже год как нет, а он все никак не отпустит, – покачал головой Арсений, и у меня от этих слов сердце сжалось в маленький комочек.

— А родители? – неуверенно спросила я.

— Родителей не стало, когда я еще ребенком был. Я их практически и не помню. Разве что по бабушкиным рассказам. Да ты не стесняйся – проходи.

Мне стало невыносимо жаль Лаврова. Так вот почему он такой отстраненный… Хотелось забрать всю его боль, чтобы он не чувствовал себя брошенным и одиноким, но, помня мамин опыт, я не решилась бы этого сделать.