Книга Какао для ведьмочки, страница 41 – Кира Русова

— Пришла твоя ненаглядная! Как ты и говорила, – промурлыкал Мурзей, и я наклонилась, чтобы взять его на руки, но он отскочил от меня. – Без рук, барышня!

Я еле сдержала смех, потому что последний раз «барышней» меня называл мой дед. Но кот не знал, что я тоже могу его слышать – пускай пока так и остается.

— Ну что, где твоя хозяйка? – спросила я у Мурзея, который устроился на расстоянии от меня и теперь изучающе глядел на меня своими огромными желтыми глазками.

Я тоже в долгу не осталась и уставилась на него. Мягкая шерсть приятного персиково-рыжего окраса, приплюснутая мордочка и красный ошейник, на котором болтался какой-то кулон. Я хотела рассмотреть его поближе, но почувствовала, что кто-то стоит за моей спиной, и обернулась.

— Здравствуй, моя милая! А я как раз говорила Мурзею, что ты сегодня зайдешь, – приветливо улыбаясь, сказала Лидия Вениаминовна и подмигнула рыжему.

— Да… я… в общем… – Я старалась подобрать слова, чтобы выяснить то, что меня волнует уже не первый день. А именно, как я могу ее видеть, если ее давно нет в живых. Думаю, страх виднелся в моих глазах, потому что Лидия взяла меня за локоть и провела к столику у окна.

— Чувствую, что за вопрос тебя гложет, моя дорогая. Садись – в ногах правды нет, – с этими словами она щелкнула пальцами. Перед нами на столик опустились две крохотные чашечки, в которые аккуратно налился темный напиток из кофейника.

Я хотела напомнить, что у меня непереносимость кофе, но Лидия так на меня посмотрела, что я побоялась издать хоть малейший звук.

— А теперь пей, слушай и не перебивай, – строго сказала она, и моя рука сама взяла чашечку.

— Мы с твоей бабушкой дружили много лет. Вместе управляли книжной лавкой, дарили людям радость, помогали понять свои чувства. Книга же – это инструмент: он может излечить от душевной боли, подарить надежду, вдохновить на творчество и саму жизнь! – Глаза Лидии загорелись; несмотря на возраст, они казались искрящимися и молодыми. – Люди часто недооценивают силу вовремя сказанных слов. Но вот в один день Грета мне заявила, что дочери она нужнее, чем мне! Чем всем этим людям, которым мы помогали день ото дня! А ведь я и так простила ей то, что она вышла замуж за Валерия и родила ему дочь, отчего стала меньше времени уделять нашему детищу…

Странно, что я понятия не имела об этой части жизни бабушки. А мне ещё казалось, что мы с ней очень близки. Интересно, почему же она никогда не рассказывала мне ни о волшебной лавке, но своей подруге?

— На глазах Лидии выступили слезы, и мне даже стало жаль ее, ведь она искренне любила это место. – Но когда она сказала, что больше не станет приходить сюда, то внутри меня словно что-то оборвалось… – вздохнула Лидия. – Поначалу я еще надеялась, что все будет как раньше, но это были лишь несбыточные мечты. Я пыталась справляться в одиночку, но на душе была тоска. В лавке больше не летали наши птицы от смеха – мои синички и ее снегири. Люди чувствовали, что книжный в печали, и перестали заходить сюда. В дополнение ко всему мужчина, которого я любила, напомнил мне, что я для него никогда не буду той самой… – Она с грустью посмотрела на Мурзея и стерла сбежавшую с щеки слезинку. Мне хотелось поддержать ее, но, помня, что нужно молчать, я поднесла маленькую чашечку к губам, и аромат арабики ударил мне в нос, отчего я замерла на полпути.