Книга Какао для ведьмочки, страница 20 – Кира Русова

— Ну, так это как раз к лучшему. Доставать не будет. Он глупости постоянно несет, – проворчала я.

— Зато с ним не скучно, – пробормотала она себе под нос, но я уже смотрела в окно.

Ворона снова сидела на ветке, которую раскачивало из стороны в сторону. Решив отказаться от дальнейшей «помощи» пернатой, дабы случайно не подпалить ей хвост, я наблюдала за тем, как она нахохлилась. От мыслей о вороньей судьбе меня отвлек стук в дверь. На пороге появился Арсений и, извинившись перед преподавателем, прошел на свободное место, где обычно сидел Петька, и сел прямо передо мной.

От такого поворота событий у меня даже дыхание перехватило! Разложив вещи на парте, он повернулся ко мне. С его светлых волос на лоб стекали мокрые капли дождя, под который, должно быть, он попал, и, посмотрев мне прямо в глаза, что-то произнес. Но из-за поднявшегося шума в ушах я не расслышала ни слова.

Какие же они голубые! Завораживают меня, словно два сапфира! Если я сплю – не будите еще хотя бы часик!

Арсений помахал ладонью перед моим лицом. Я поняла, как глупо это выглядит со стороны, но ничего не могла с собой поделать.

— Бубликова, ты здесь? – с серьезным видом поинтересовался он.

В моей груди тут же все ухнуло. Как он меня назвал?! Не «Лизочка», не «моя драгоценность» и даже не просто «Лиза». А Бубликова?

— А? – с трудом скрывая разочарование, ответила я. – Просто внимательно смотрела за тем, что пишут на доске, вот и не заметила тебя. – Лицо тут же залилось краской, выдавая маленькую ложь.

Ну не говорить же ему о том, что я только и ждала, когда он наконец заговорит со мной!

— Я как раз и хотел у тебя попросить списать то, что вы за начало пары успели… Представляешь, трамваи встали, и я шел четыре остановки пешком.

Я тут же пожалела, что вместо того, чтобы писать конспект, наблюдала за глупой вороной. А ведь сейчас могла бы дать ему свою тетрадь, и это был бы повод еще раз посмотреть друг другу в глаза. Я опустила взгляд на раскрытую тетрадь, в которой была записана только тема урока, и тяжело вздохнула.

— Возьми мою, – тут же послышался голос Катьки, и я вспомнила, что в аудитории еще есть кто-то, кроме нас с Лавровым.

— У меня почерк разборчивее, а то Лиза обычно пишет, как курица лапой, – хихикнула подруга и протянула тетрадь Арсению.

Я метнула гневные стрелы в подругу, конечно, всего лишь мысленные, хотя в этот момент готова была и зарядить в нее все 220 вольт. Поблагодарив, Лавров отвернулся, забрав ее тетрадь.

— Что значит «как курица лапой»?! – зашипела я на подругу.

— А что, я правду говорю, тем более ты вон вообще не писала, – пожала она плечами.

Я в очередной раз тяжело вздохнула. Когда светловолосый красавчик повернулся, чтобы вернуть тетрадь, я решила, что второго шанса не будет, и начала действовать.

— Арсений, – шепнула я и тут же снова покраснела.

Да что со мной такое? Надо будет попросить маму дать мне зелье спокойствия и умиротворения. Как я собираюсь с ним целоваться, если даже поговорить нормально не могу?! А в том, что мы будем целоваться, когда мой план сработает, я не сомневалась.

Лавров замер, вопросительно глядя на меня своими бездонно-голубыми глазами.

— А ты хорошо понимаешь эту тему?

Он выгнул бровь, явно ожидая продолжения. «Нырять так с головой», подумала я, чувствуя, что залилась краской уже по самые уши. Ну, раз больше мне терять нечего…