Книга Последний характерник, страница 64 – Валерий Евтушенко

— Гетман отправился за подмогой, — кричали они, потрясая саблями. — Он не изменник! И никаких переговоров не нужно, с ляхами нам толковать не о чем. До дидька переговоры!

Посполитые, которых среди восставших было большинство, поддерживали запорожцев.

Учитывая начавшиеся в таборе волнения, Гуня собрал малую раду из реестровой старшины и куренных атаманов.

— Я не очень уверен, что гетману удастся собрать значительное подкрепление, — взял слово Томиленко, бывший гетман реестровиков. — Но важно, что и Потоцкий вчера потерял немало своих людей. Для нового сражения сил недостаточно и у него, и у нас. Предлагаю начать организованный отход к Чигирину. Ляхи, конечно, будут нас преследовать, но, если Павлюку удастся собрать хоть какое — то количество казаков и соединиться с нами, мы, на худой конец, можем вступить с ляхами в сражение.

Были и другие предложения, в частности, заняться укреплением табора и дождаться подхода Павлюка. Кое — кто даже предлагал вступить в переговоры с Потоцким.

— Оставаться здесь и ждать гетмана, а тем более вступать с Потоцким в переговоры нельзя, — выслушав всех, резко заявил Гуня. — Павлюк может и не собрать подкрепления, а нам здесь сидеть без толку не с руки, зима начинается, корма для коней негде будет взять, да и провиант на исходе. Сегодня ляхи подсчитывают свои вчерашние потери, а завтра им Конецпольский пришлет новых солдат. Нам же рассчитывать на подмогу трудно. Переговоры, о которых тут говорили, будут только на руку Потоцкому, позволят ему накопить силы. Вот поэтому у нас один выход — пробиваться на Сечь! Встретим по дороге гетмана — хорошо! Не встретим, тоже не страшно. Нам бы до Чигирина добраться, а там уйдем на Левобережье и дальше в зиму ляхи нас преследовать не будут.

На том и порешили. Отступление продолжалось почти неделю, когда, наконец, уже за Черкассами, подошел Павлюк с подкреплениями. Он привел с собой не только около двух тысяч казаков, но и артиллерию. Все воспрянули духом, рассчитывая, что теперь уж точно удастся оторваться от поляков и левым берегом Днепра уйти на Запорожье, но гетман решил иначе.

— Потоцкий преследует нас по пятам, — сказал он, — надо дать ему бой, иначе он не отстанет. Подойдем поближе к Днепру, там выберем удобную позицию и еще посмотрим, чья возьмет!

Но к несчастью в завязавшемся сражении одержали верх поляки. Тогда, 20 декабря, в бою у села Боровица, что стоит на самом берегу Днепра, восставшим не повезло. Собственно, сражения, как такового, и не произошло. Изменили реестровики, которым Потоцкий через своих лазутчиков обещал полное прощение. В самом начале боя они захватили в плен Павлюка и Томиленко, а затем перешли на сторону поляков. Гуне и Скидану не оставалось ничего другого, как, собрав оставшихся запорожцев, перейти на Левобережье. Часть крестьян, примкнувших к восстанию, ушла с ними, большинство же разбежалось и попало в руки поляков. Потоцкий свое обещание, данное тем реестровым казакам, что перешли на его сторону, выполнил. Он сменил им всю старшину, назначил старшим Ильяша Караимовича, а затем вслед за отступающими запорожцами тоже переправился на ту сторону Днепра. Однако преследовать уходящих на Сечь казаков он не стал, а направился в Лубны, где разгромил еще один казацкий отряд полковника Кизименко.