Онлайн книга «Звезда Мафусаила»
|
Император протянул ему сверток с младенцем и отрывисто сказал: — Сейчас я вам открою потайной ход, который отсюда ведет прямо в дворцовый сад. Оттуда отправляйтесь к себе и примите меры, чтобы найти новорожденному кормилицу и другую прислугу. Снимите ему где-то неподалеку от дворца дом или коттедж. И ради Бога, все надо сохранить в полной тайне. Никто, кроме нас троих не должен знать, что Императрица родила двойню! Никто! — Я никогда не мог понять этого поступка покойного Императора, — заметил Ланской. — Зачем все это было нужно? В конце концов, не в семнадцатом веке живем. Неужели отдать собственного сына, принца крови, наследника престола на воспитание чужим людям было единственным выходом? Нет, что не говори, а Валгус Одиннадцатый был великий перестраховщик. — Признаться и я так вначале думал, — согласился Лобанов. — Но Император обладал острым умом и был дальновидным политиком. А политики и монархи зачастую интересы своего государства вынуждены ставить выше личных чувств и переживаний. Во дворце в то время находился его сводный брат князь Злобин — Альтаирский, губернатор сектора Альтаира, сейчас более известный, как Бастард, а также его супруга, Гризельда Собесская, ведущая свой род, как она утверждала, от одного из польских королей. Оба они были известны своими честолюбивыми устремлениями, тем более, что Гризельда родилась и воспитывалась на одной из планет Соединенного Королевства и, выйдя замуж за незаконнорожденного принца, постоянно мечтала об императорской короне. Если бы им стало известно о рождении близнецов, имеющих равное право на трон, кто мог поручиться, что они со временем не затеют интригу, не посеют вражду между братьями вплоть до развязывания гражданской войны, а там под шумок сам Бастард и оденет на себя императорскую корону. Собственно, последующие действия Злобина-Альтаирского и подтвердили опасения Валгуса Одиннадцатого. К счастью, подняв мятеж после смерти Императора и попытавшись отобрать трон у Яромира Первого, он не знал, что у того есть брат-близнец. А, если и знал, то не имел понятия, где тот находится. — Скорее всего, знал. Все же утечка информации имела место, — напомнил Ланской. — По имеющимся сведениям Бастард уже давно, едва ли не последние двадцать лет, пытается выйти на Любомира. — Я даже предполагаю, собственно, почти уверен в том, как эта информация могла оказаться в его распоряжении, — канцлер побарабанил пальцами по гладкой поверхности стола. — Император в тот день лично отобрал подписку у врачей, которые принимали роды, и в их молчании можно было не сомневаться. Мой предшественник, канцлер Империи, отошел в мир иной, когда близнецам исполнилось пять лет, но я уверен, что он эту тайну тоже никому не выдал и унес с собой в могилу. Император назначил канцлером меня, и я стал непосредственно заниматься Любомиром и сохранением в тайне его происхождения. Клянусь, я никогда о ней и словом не обмолвился. Но вот, за личного врача императрицы, который также присутствовал при родах, поручиться не могу. Не потому, что он был болтун или предатель, нет. Просто двадцать лет назад он внезапно исчез. О его судьбе ничего не известно до сих пор. — Ты думаешь, что его похитил Бастард? — с сомнением в голосе спросил министр. |