Книга Конан и Вольные стрелки, страница 44 – Валерий Евтушенко

Ночь прошла спокойно, проснулись они с первыми лучами солнца и отправились дальше. Спуск с перевала оказался намного удобнее подъема. Дороги, правда, не было и здесь, но широкая, пологая расселина в горной гряде вела почти до самых предгорий. Поэтому спуск у них занял не больше часа и вот уже они оказались на краю болотистой равнины, простирающейся до самого берега Вилайета. Характер местности здесь был иным, чем по берегам Ильбарса: хотя почва была местами влажная, поросшая камышом и осокой, но все же попадались обширные участки совершенно сухой земли, с рощами, кустарниками и одинокими деревьями. Они не прошли и лиги, а им уже попалось два или три быстрых ручья, берущих свое начало где-то в горах.

— Странно, почему тут нет поселений людей? — удивился Конан. — Здесь можно обрабатывать землю и выпасать скот.

— Когда-то, еще совсем недавно, — грустно заметил Тургэн, — вся эта местность была густо заселена, но туранцы постепенно вытеснили местные племена дальше к востоку.

Разговаривая они подошли к проселочной дороге, проходящей с запада на восток. Судя по всему, ездили по ней не часто, следы от колес телег заросли травой.

— Эта дорога проходит от Шанга дальше к востоку и когда-то здесь было оживленное движение, местные племена торговали даже с Аграпуром — пояснил Тургэн, — но сейчас тут можно встретить только туранских солдат. Вон там у дороги я вижу группу деревьев и ручей, сделаем привал.

Конан не возражал, так как солнце уже стояло в зените и пора было отдохнуть. Но едва они подошли к деревьям, как киммериец увидел, что далеко на горизонте показалось облачко пыли. Кто-то скакал по дороге, но был всадник один или несколько разобрать было невозможно. Тургэн также заметил облачко пыли и они, став у деревьев, пытались разглядеть, кто это скачет. Минут через десять, стало понятно, что какого-то одинокого всадника преследует несколько человек. Он пытался оторваться от них, нахлестывая коня плетью, но расстояние между ними неуклонно сокращалось.

— Это туранские солдаты за кем-то гонятся, — сказал Тургэн, напряженно всматриваясь в даль. — Похоже, они его нагоняют.

Конан положил ладонь на рукоять меча, но шаман тронул его за рукав куртки.

— Погоди, пусть приблизятся, — сказал он. — Они нас все равно не увидят.

Он сделал рукой какой-то замысловатый пасс.

— Вот и все, теперь они нас не увидят даже с двух шагов, — усмехнулся Тургэн.

— А это ты каких духов попросил об этом? — насторожился Конан.

— Для того, чтобы отвести глаза, мне помощь духов не нужна, это я и сам умею.

Между тем, погоня приблизилась и теперь с расстояния четырех-пяти фарлонгов стало ясно, что всаднику не уйти от туранцев. Их было пять человек в высоких шлемах и кирасах. Когда расстояние между ними сократилось до одного фарлонга, кто-то из преследователей вскинул лук. Всадник, обернувшийся в это время назад, вовремя заметил опасность и огрел своего гнедого коня плеткой, отчего тот ускорил бег. Стрела не попала в цель, но зато теперь и остальные преследователи достали луки. Стрелы, выпущенные из коротких, но обладающих убийственной мощью туранских луков попали коню в круп и обе задние ноги. Он проскакал еще полсотни шагов, качнулся и свалился на землю в десяти шагах от Конан и Тургэна. Всадник с ловкостью бывалого наездника, успел вовремя покинуть седло, спрыгнув на землю, и сейчас стоял на дороге, с обнаженной саблей в руке. Его гибкая и стройная фигура дышала смелостью и отвагой.