Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 60 – Виталий Зыков

Впрочем ничего не отказало и никто не упал, так что наверху К’ирсан оказался значительно раньше своих спутников. Храбр, разумеется, мог бы его опередить, но Молниеносный тактично позволил своему императору эту необъявленную гонку выиграть, и у Кайфата появилась минута-другая, чтобы без свидетелей полюбоваться внутренним убранством храма.

А поглазеть там и вправду было на что!

К’ирсан, хоть и лично утверждал проект всех помещений мастабы, наверх до сих пор не поднимался. Так что все эти выложенные плиткой разноуровневые полы, мозаики на стенах и потолке, резные колонны, полупрозрачный купол своими глазами он видел впервые, и не мог не восхититься мастерством гномьих строителей. Даже мелькнула мысль ещё один бюджет империи пустить на строительство их усилиями нового дворца, но вовремя отбросил её как совершенно безумную. Ему и в старом неплохо живётся! Зато при виде магических плетений, покрывавших все свободные от украшений поверхности и особенно плотно собранных в районе трона из зелёного нефрита, не смог сдержать фырканья.

Чувствовалась школа магов Корпуса! Никаких тебе ложных петель, блоков-обманок и туманящих мозги рунных цепочек — всё выстроено предельно ясно и понятно, так, чтобы даже не обладающий тренированным разумом недоучка смог реализовать разработанную гораздо более опытными коллегами волшбу. Разве что комментариев не хватало, но Кайфат не сомневался — рано или поздно появятся и они. Научный подход и равнение на слабейших конечно увеличивали общее число магов, но так же ещё и постепенно убивали Искусство. Хотя с другой стороны, может оно и к лучшему? По крайней мере ремесленники уж точно не породят новых Великих с амбициями локальных богов…

Тем временем запущенный ритуалом процесс набрал-таки свою полную мощь, и в святилище, в тронный зал Владыки, хлынул поток энергии Астрала. Однако не привычно чистой и лишённой примесей, а загрязнённой — или может вскормленной? — воззваниями миллионов верующих. Читающих священные тексты, поющих гимны или просто молящихся, но всякий раз вкладывающих в слова и мысли крупицу себя. Ту самую, что служила топливом для открытой К’ирсаном силы — для воли!

Кайфат внезапно осознал себя стоящим в центре похожего на метель вихря. Как и в земных воспоминаниях пронизывающе холодного, однако секущего кожу не снегом и мелкими льдинками, но чужими намерениями, страстями и страхами. И было этого всего столько, что в помещении больше уже не было места ни для чего другого, и прежде всего для привычно управляемой магии. Император словно бы попал в некое царство, где последнее слово было не за сильнейшим из чародеев, а за кем-то иным, за его хозяином.

— Вот так сюрприз! — медленно произнёс Кайфат, медленно растягивая слова.

Причём не его «взрослая» и порядком уже опостылевшая версия, но то его Я, которое он привык считать настоящим. Которое больше не тлело едва заметной искрой, контролируя поведение маски, а вспыхнуло тассом в безоблачный день и огнём воли преобразило внутренний мир.

— Как же хорошо быть собой… — уже одними губами произнёс он и повернулся ко входу в святилище.

Там замерли Гхол с Храбром, и судя по шоку на их лицах, оба явно не были готовы к увиденному. Гоблин, правда, в первое мгновение попробовал кинуться внутрь, на помощь бывшему хозяину, но натолкнулся на границу «метели» и с отчётливо слышимым болезненным стоном отшатнулся назад. А вот Молниеносный повёл себя гораздо более осторожнее. Вместо того, чтобы лезть на рожон, он предпочёл исследовать происходящее своими способностями — выпустил небольшую шаровую молнию, моментально её потерял под напором дикой магии и на этом успокоился. Во всяком случае внешне. Что там творилось у него внутри, Кайфат даже не представлял.