Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 229 – Виталий Зыков

— Вот и я так думаю, — одобрительно кивнул Птоломей и сделал Гиркаму приглашающий жест в сторону танцевального зала.

Встреча-встречей, но оба собрались здесь по делу, и чем раньше они с ним разберутся, тем лучше!

Внутри их уже ждали. И прежде, чем Птоломей успел опомниться, его уже подвели сначала к нарисованному кругу с вписанным в него равносторонним треугольником — месту проведения ритуала, — а затем сунули в руки бумагу с формулой клятвы, написанной на языке рун. Знакомиться с вытребованными нюансами обряда, так сказать. Хотя с точки зрения традиционной магии смотреть тут было не на что — колдовство считалось крайне простым и любые внесённые в него изменения неизбежно бросились бы в глаза.

Собственно это ему с усмешечкой и сообщил один из присутствующих здесь магов господина Гийома, пока его коллега напоминал Гиркаму о его обязанностям. Видимо посчитал требование Птоломея не просто излишним, а проявлением едва ли не трусости…

Впрочем Птоломею на мнение всяких идиотов было плевать. Сохраняя полнейшую невозмутимость, он сначала внимательнейшим образом прочитал предложенную бумагу, затем с умным видом походил вокруг колдовской фигуры, и, наконец, изобразив удовлетворение, принялся задавать следящему за ним чародею достойные начинающего вопросы. Кто где встанет, как распределятся узлы Силы, и насколько сложно ляжет плетение на ауры участников… Выглядело это настолько жалко, что бдительность окружающих невольно притупилась, и уже никто не обратил внимание где именно Птоломей встал.

А ведь это было самое важное! Потому как занял он позицию аккурат впритык к линии внешнего контура рисунка, и пока говорил, активизировал покрывающие его ноги под штанами рунные цепочки — сутки рисовал! И те, словно змеи, принялись сползать с его кожи через стопы на пол, а уже оттуда нырять в ничем не защищённые силовые линии магической печати. То есть делать всё то, чего должны были не допустить собравшиеся в зале чародеи, и что Птоломей смог провернуть лишь потому, что подобный навык предоставила притаившаяся в глубинах его сознания Книга.

На всё про всё хватило минуты. Так что когда приступивший к своим обязанностям Гиркам, откашлявшись, предложил начинать, Птоломей уже контролировал ключевые части ритуала.

Ну а дальше было делом техники. Периодически бросая мрачные взгляды в сторону о чём-то шепчущихся Гийома с сыном, Птоломей где нужно вливал Силу, где нужно произносил требуемые слова клятвы, а где-то и вовсе открывал защитные оболочки своей ауры для создаваемых ограничений. И лишь в одном месте он позволил себе вмешаться — когда зашла речь о магической фиксации будущей его столетней верности Дирану, Птоломей запустил развернувшееся внутри энергетических линий заклинание и несколько иначе расставил приоритеты. Так что наказание за нарушение договора стало значительно мягче, едва ли не безобидным, а суть обещанного служения сместилась с «магната Гийома Дирана, владетеля Нолда» на просто Нолд.

И ведь никто ничего не заметил! Правда, Гиркам потом что-то бормотал про не слишком удачный формат заключения магических контрактов, который очевидно требует изменений, но Птоломей вникать в это не стал. Слишком уж велика была его эйфория из-за успеха с предложенным Книгой методом подмены сути договоров и… слишком важно было эту самую эйфорию скрыть от глаз кажется что-то всё же заподозрившего ушлого торгаша!