Книга Золотое время, страница 31 – Ирина Богатырева

— Нет, не как в кузне. Просто похожа.

— Кто же ставит в доме печь! А там что? Как же здесь темно! Я ничего не вижу!

Он не заметил и ударился о табуретку, она загремела под столом о ведро. Варна запрыгал на одной ноге. Я забыла, что в доме нет света, мне же он не нужен.

— Прости! Лампа там, в простенке за печкой. Зажги сам. Вот кресало.

— Анон, ты сама выдумала такой дом?

— Нет, что ты! Это Камсы дом. А той он достался от другой камсы. А той… – Я не хотела говорить, что все они подсмотрели дом у богов. И многие вещи принесли оттуда – табуретка вот, тазик, пластиковое ведро и тарелки. Всё таскали, когда у богов бывали. Я сама не сразу привыкла к этим вещам. Но они оказались удобнее и легче. Боги хорошо живут, оказывается. Нам так никогда не жить.

Но Варне уже не нужны были мои объяснения. Он сел к столу, подняв табуретку. Даже с лампой было темно, и я надеялась, что он не заметит, как она сделана. Но ему не было дела до табуретки. Он был весел, свеж с мороза, от него пахло дорогой и дымом, и он устал. Я поставила похлебку на стол. Он ел, стуча ложкой. Я слушала и жалела, что не могу увидеть, какой он сейчас, как горят его глаза.

— Я вот зачем пришел к тебе, Анон, – заговорил он, когда наелся. – Я знаю, что ты скоро станешь камсой. Поэтому хочу поговорить с тобой о вещах.

— О вещах? Тебя не было столько времени, что твой дом не найти под снегом, а потом приходишь ко мне говорить о вещах? Ну, говори. Я тебе рада.

— Не сердись, сестра. Уверен, ты знаешь, почему я ушел.

— Знаю. Камлаки тебя искали.

— Искали? Здесь?

— И здесь. И везде. Они думали, ты прячешься у меня.

— Что ты им сказала?

— Что ты не был у меня. Это правда: ты у меня не был, ты не пришел ко мне даже попрощаться.

— Не сердись, сестра. Я не мог прийти. И что они ответили на это?

— Просили узнать, ходишь ли ты еще среди живых или уже среди мертвых.

— И что ты сказала?

— Что тебя нет среди мертвых. Что я еще могла им сказать?

Он замолчал. Я слышала, как он гоняет в голове мысли про Камлаков. Он не хотел возвращаться. Я решила ничего ему пока не рассказывать.

— Что же ты хотел узнать о вещах? – напомнила я.

Он встрепенулся.

— Анон, что бы ты сказала, если… Если бы я захотел сделать… – Он мял слова во рту, как будто вдруг испугался собственных мыслей и передумал. Передумал рассказывать. Я ждала. Я его не торопила. Я чувствовала, что он пришел с важным. – Захотел сделать крыло из железа. Чтобы на нем летать, – сказал он наконец, как будто уже прыгнул с этим крылом вниз с кручи.

Гул самолета наполнил мою голову.

— Где ты увидел его?

Варна молчал.

— Это было во сне?

— Это было не во сне, сестра.

— Где же?

— Это было далеко, сестра. Я не могу сказать где, ты не была там. Ни ты, никто другой не ходил так далеко от дома. Один я сходил и вернулся.

— Это было за горами?

— Это было за горами.

— Это было вверх по реке?

— Это было вверх по реке.

— Ты ходил туда сам? Один?

— Я хотел уйти, сестра. Совсем. И я пошел за горы.

Я ожидала от него разного. Но такого не ожидала. Ведь там, за горами и вверх по реке, – чертог богов. Варна не мог о нем знать.

— Сходил за горы и вернулся… Может, ты бог, брат?

Варна смеялся.

— Я не бог. Но, кажется, я видел бога.

Он смеялся, но мне было не до смеха. Потому что если Варна – кам, то что я буду делать с ним в нашем чертоге? В одном чертоге – один кам. Второму идти за реку.