Книга На морских дорогах, страница 91 – Тимофей Иванов

— Арбалетчикам приготовиться — проговорили мои губы — Я подсвечу мишень огнём, бейте в уродливую харю, как договорились. Вирдманам приготовить щиты.

Паук будто почувствовал мой настрой и ускорился. А может и правда почувствовал, чутьё на опасность свойственно многим животным, а это ещё и магическое, насколько слово магия применимо к местным духовным и природным энергиям. Однако так или иначе я прицелился и выпустил в живую мишень длинное и узкое копьё, состоящее более из света, чем из огня. Оно ударилось точно в морду твари, заставив её замешкаться. Магия паука и правда не проняла, но вот чисто световое излучение видимо ударило по глазам. В следующую секунду громко хлопнули тетивы арбалетов, так же прилетев в морду животины, резко начавшей реветь от боли. Жаль, надеялся этим всё и закончится, но видимо воздух из зачарованных за зиму наконечников нормально не «распечатался». Неудобный противник, что и говорить.

А ещё очень злой. Получив дальнобойные атаки, паук рванул на нас, плюясь ядом на ходу. Его к моему счастью, успешно приняли на себя магические щиты, а вот друидизм вблизи твари работал паршиво. Я надеялся что Сил и Син оплетут монстра лианами, зафиксировав, но дело как-то не шло и паук со всего разгона налетел на строй. Однако сходу пробить его не смог. Стена ассонских щитов, ощетинившихся копьями — это то, что останавливает конницу южан, остановила она и грозу джунглей, заставив бить когтями лишь двух передних лап по щитам. Остальные не дотягивались и лишь упирались в землю, пытаясь толкать тело вперёд. Зато арбалетчики перезарядили своё оружие и в ночи раздались новые хлопки. Два десятка болтов в харю — это серьёзный аргумент даже для твари без мозгов. Для полного же паучьего счастья целых глаз у него кажется не осталось, а потому я скомандовал:

— Рубим ноги с флангов! Ааассс!

— Аааасссс!!! — вторил мне боевой клич дружины.

Пока парни удерживали монстра, всё ещё пытающегося лезть вперёд, щитами и копьями, мы накинулись на него с боков. Лапы на сгибах рубились плохо, но однако рубились. Ассоны физической силой не обделены, а топоры у нас тяжёлые и острые. Так что вскоре паук лёг на брюхо, так как стоять ему было не на чем. За несколько секунд до этого на его спину запрыгнул Сяо, раз за разом вонзая копьё в стык головогруди и задницы многоногого, пока я не крикнул:

— Хорош, мертвее чем есть уже не будет!

Сянец вонзил копьё ещё раз и лишь вырвав спросил:

— Точно? Это на редкость живучие твари.

— Точно. Слезай давай — фыркнул я, успев почувствовать, как Кобра отщипнула себе кусочек от уходящей души. Интересно кстати куда уходят сущности подобных тварей? И откуда приходят? В прошлой жизни я слышал про тёмных эльфов, которые поклонялись паучьей богине Ллос. Ну или отожравшейся сверх всякой меры демонице, тут как посмотреть. Но в любом случае это было бы довольно ироничной посмертной наградой для изящного дроу, стать гигантским пауком-то.

— Не стоим, ребята! — отвлёк меня от мыслей о посмертии некоторых ушастых голос моей невесты — Надо сцедить яд как можно быстрее. И не расходитесь, его надо будет перевернуть, чтобы нормально добраться до внутренних органов.

Эх, вот все ассоны как ассоны, у них после боя грабёж и девки с бухлом. А я, блин, Белый ворон, у меня разделка туш монстров и копание в их требухе. Нет, она конечно дорогая, наверняка дороже той, что можно добыть из снежных скорпионов, но Суртур побери, ночью после боя есть занятия и поинтереснее!