Книга На тропах судьбы, страница 81 – Тимофей Иванов

— Рада, что ты наконец согласился. Давай мне руку и идём быстрее, всё-таки и так ждать заставил.

— Мы никуда не идём, — улыбнулся я, покачав головой. — Если твой бог желает мне что-то сказать, ему придётся сделать это в месте, отмеченным взором Асгарда. Если он желает, чтобы я выполнил его волю, он должен достойно заплатить за это моему богу.

Кобра после моих слов осеклась. Она во время последнего разговора с Гринольвом была отрезана мной от мира, чтоб не подслушивала. Но змея весьма неплохо изучила меня и мой образ мысли, потому последние новости стали для неё сюрпризом. Всё-таки я в какой-то мере оставался прежним атеистом из прошлой жизни, боги были чем-то бесконечно далёким от меня. Да, я убедился, что они реальны, даже умудрился использовать божью волю в Багровом Рассвете, поминал их в мыслях и вслух, по примеру окружающих и так далее. Но мне как-то не приходило в голову отфутболивать к ним переговорщиков, как к вышестоящей инстанции. Всегда сам со всем привык разбираться, не вмешивая лишние персоналии. Ошибка, на которую указал Гринольв.

Змеедевка же тем временем несколько секунд смотрела на меня, а затем её женский торс потёк и сменился на голову вполне обычной кобры, которая прошипела:

— Мудрое решение. Это хорошо. Вот моя воля, уничтожь храм моего противника.

Вместе с последними словами в мой мозг по связи с духом пришла информация о заросшей плющом пирамиде на крупном острове, находящимся за Сяньским континентом. Мда, любят здесь этот тип построек. Хотя наверно неудивительно, всё-таки тут ещё не освоили строительства небоскрёбов на стальных каркасах, а с камнем всё сложнее. Хочешь что-то высокое? Основание должно быть шире верхушки, которая в свою очередь должна быть самой лёгкой, а значит маленькой. Это так же понятно, как и то, что со мной сейчас общается не бог, а его малая часть, сам Отец-Змей распределяет своё внимание на множество миров, как тысячеглавая гидра.

— Вижу ты оценил краюшек моего возможного дара мудрости, — тем временем вновь раздалось шипение змея-искусителя рядом со мной. — И ты прекрасно знаешь, что требуется, чтобы его получить.

— Да, но моё слово неизменно, — улыбнулся я на этот заход. Попытка была хороша, а награда ох как вкусна, всё-таки получать ответы на свои вопросы едва ли не быстрее, чем формулируешь их — дорогого стоит. Но у меня была чёткая переговорная позиция, с которой было в высшей степени неправильно куда-нибудь сдвигаться. Небожителям небесное, а людям людское. — Если мой бог того пожелает, то я уничтожу этот храм. Если же его воля будет иной, то я ей последую.

— Да будет так, — прошипел мой собеседник, исчезая и похоже непроизвольно выпихивая меня в реальный мир.

— Вот и поговорили, — буркнул я, открыв глаза и дотронувшись до потеплевшего амулета на шее. Похоже Отец-Змей и отец Ёрмунганда всё-таки договорились и поработать придётся. Собственно я бы весьма удивился, будь это как-то иначе.

Я стоял на носу драккара, как и положено ярлу, предаваясь вполне типичным ярльским размышлениям. Это в головах юнцов славные предводители только и думают, как бы выпить больше мёда, перебить больше славных врагов, а в перерывах окучить больше пышногрудых дев. На деле же всё слегка прозаичнее. В походе мы потеряли девять человек. Да, парни погибли геройски, теперь пьянствуют в Вальхалле и всё у них в жизни удалось, а их доли с похода мы отдадим их молодым жёнам и детям, даже продолжим им чего-нибудь от хирда подкидывать в будущем. В конце концов пасть во цвете лет может любой из нас… Собственно, возможно выжившие даже возьмут вторыми жёнами супруг павших, усыновив их детей, у нас и такое практикуют. Однако мёртвых теперь надо кем-то заменить. Мне нужны воины, особенно в преддверии готовящегося столкновения с лесными эльфами, которое наверняка обернётся новыми потерями. Войн без них вообще не бывает, а большой набег немногим лучше.