Книга На тропах судьбы, страница 33 – Тимофей Иванов

— Ну теперь-то ты её точно видишь? Плевки мне не на слух надо определять?

— Считай как тебя, — отозвалась духовная сущность обиженным шипением.

— Слава богам, а то уж начал думать, что ты просто нахлебница, — фыркнул я. Всё-таки будучи связанной со мной, она довольно бодро растёт в силе, даром что к этому союзу её в своё время пришлось принуждать, крепко схватив за горло.

— В сторону! — скомандовала тем временем нурэ-онна.

Я резко сместился, заодно разворачиваясь вокруг собственной оси и смотря, как мимо проносится заряд концентрированного магического холода, после чего подбодрил зверюгу молнией с рогатины. Комариный укус, конечно, по большому счёту, но достаточно болезненный, чтобы она была лучше видна и в должной мере разъярена. Ещё мне не хватало, чтобы птичка отказалась от преследования слишком быстрой цели, повернула назад и вынудила меня бить её на месте. Тут, под нами, тоже чьи-то охотничьи угодья, будет гораздо лучше, если эта куча мяса и ценных алхимических ингредиентов сама прилетит на нашу землю, а лучше — к драккару, коль скоро я не хотел светить свою разработку раньше времени.

Впрочем, в виверне явно проснулся охотничий азарт и она бодро гналась за наглой и кусачей добычей, не собираясь тормозить. Даже пришлось прибавить скорости, чтобы мне не совсем уж дышали в затылок, а потом и сместиться пониже к кронам деревьев. Рептилия с синевато-зелёной чешуёй последовала моему примеру, а затем наш дуэт полетел прямо над снежным покровом. Я же с удовольствием взглянул на лица хирдманов, оставшихся у драккара, правда издали, забрав немного в бок от транспорта, чтоб мой «хвост» не переключился на других двуногих. А после этого резко, почти свечкой, начал набирать высоту, едва справляясь с перегрузкой, вжимающей меня в диск, пришлось аж центр бытия применять, временно лишая себя подвижности.

Как и ожидалось, инерция действовала на гораздо более крупную тушу виверны сильнее, чем на меня, от чего она оказалась несколько впереди, а я начал смотреть ей в затылок сверху. Кожа крыльев воздушного змея натянулась до скрипа от резкого торможения с попыткой набора высоты, грех было этим не воспользоваться, отправив с копья воздушное лезвие. Перепонка от его удара благополучно порвалась с противным треском и рептилия взревела от боли, потеряв точку опоры. На одном крыле много не налетаешь, а вот в штопор свалиться — это как нефиг делать. Собственно, что и произошло.

Лишь у самой земли рептилия умудрилась как-то выровняться, но не погасить скорость, как следствие она впечаталась в ледник, присыпанный снегопадом. Судя по всему, процесс был крайне болезненным и зверь от него практически потерял сознание, а ещё стал предельно ясно и чётко виден, дав мне возможность упасть сверху и ударить копьём под рогатый затылок виверны с криком:

— Шиив!

Ускоряться во времени с помощью звуковой магии было необязательно, но я предпочёл перестраховаться, не зря говорят, что раненный зверь самый опасный. Чешуйчатая тварь же от моего удара несколько раз подёргалась и сдохла, Гринольв был, как всегда, точен в описании уязвимых мест различного зверья. Только вот в обычной ситуации, в данную точку виверн можно было достать разве что, тихонько подобравшись к их пещерам и заняв позиции над входом, замаскировав при этом свой запах.