Книга Полуварвар, страница 20 – Тимофей Иванов

Как говорится, вспомнишь солнце — вот и лучик. Едва я подумал о старике, как увидел его у раскидистого дуба, кору которого он зачем-то трогал рукой. Добежав до него, я как всегда поклонился и произнёс:

— Доброго дня, наставник.

— И тебе, Альвгейр — хмыкнул тот, оторвавшись от своего глубокомысленного занятия — Как добежал?

— Как всегда отлично — улыбнулся я и поправил слегка съехавшую на глаза меховую шапку. Наш род конечно работал с кожами и шкурами, но это был не повод не носить добротные вещи, доставшиеся от старших родственников, даже если те немного велики. Экономика должна быть экономной — Келда вам кстати выпечки передала.

— Добро — улыбнулся тот в усы — Тебя вчера не сильно загоняли?

— Не особо — хмыкнул я — Бьярни куда как мягче Хоука. Хотя дядю сейчас даже немного жаль, за него Эрик взялся.

— Ничего, ему на пользу — хохотнул старик.

Если летом у ассонов обучением молодежи ратному искусству в меру сил занимались родители, то зимой дело в свои руки брали самые толковые мужики из тех, что ходили в вики. В данном случае брата моего отца взял в оборот дренг дружины ярла, прибывший погостить у родичей. Если Хоук за зиму того не разочарует, то Эрик вероятно возьмёт того с собой и попробует вписать в дружину. А это дело не только почётное, но и выгодное. Платят хирдманам хорошо, столуются они за счёт ярла, он же выделяет им деньги на снаряжение и отдаёт оговоренные доли с добычи в походах. Правда рука об руку с ништяками шёл риск погибнуть во цвете лет, но когда это останавливало ассонов? Смерть в бою почётна, это не от старости загнуться в своей постели.

За разговором о событиях последних дней мы с несколько раз пра-прадедом дошли до входа в его скромное обиталище, представляющего из себя массивную дверь в стене холма среди ледниковых камней. Первое помещение жилища было своеобразным шлюзом-предбанником, где можно было сбить с обуви снег и оставить лыжи. Дальше шла своеобразная гостиная с местом, отведённым под одежду. В центре неё располагался своего рода очаг, правда без огня. Впрочем его камни были достаточно горячи, чтобы их не следовало трогать голыми руками, если конечно не хочется получить ожог. Со слов Гринольва, тот привязал к булыжникам духа тепла, это было удобно, а он сам овладел таким приёмом, переняв его у орчьих шаманов. Всё таки за долгую жизнь дедугана очень неслабо помотало по свету, нахватался он многого, пусть и, в основном, по верхам. Впрочем, с его слов это верно в отношении многих годи, у ассонов нет магических академий с системным образованием, мы — практики, а не теоретики, потому чаще всего волшебники нашего народа учатся конкретным полезным приёмам, а не пытаются объять необъятное. А каждая ветвь магического искусства по сути своей необъятна, каждую можно изучать бесконечно. Не удивлюсь, что если закопаться в тот же шаманизм с головой, то однажды можно отринуть смертное тело и самому стать бессмертным духом.

Но как бы то ни было, а из «гостинной», скинув верхнюю одежду и обувь, мы двинулись дальше в библиотеку. Как не трудно догадаться, книги в средневековье — товар дорогой и дефицитный, книгопечатанье-то ещё не изобрели, всё вручную переписывается и перерисовывается, если есть какие-то иллюстрации. Но собрание старика хоть и сильно отставало от той же Ленинской библиотеки, однако на мой вкус было выдающимся. Правда к моему удивлению сегодня Гринольв, который небрежным жестом руки и импульсом волшебства зажёг свечи, дал мне штудировать не что-то по «теории» магии, а толстый талмуд с названием «Описание стран далёких и диких Тилаэлем из Дома Зелёной Листвы посещенных».