Книга Дело житейское, страница 61 – Тимофей Иванов

Исцеление Витла от ран оказалось на удивление не хлопотным делом. Парень он был молодой и здоровый, его организм сам стремился прийти в норму, к тому же мы, великаны, вообще в целом довольно крепкие и живучие создания, а когти медведя не повредили нежный ливер, пройдясь лишь по тугому мясу. Так что уже через пол часа от ран остались только полоски шрамов, а мы занялись тушей топтыгина. Зверушка хоть и была не пещерной, а обычной, ростом нам даже не по пояс в холке, но однако весила не мало. Тащить свою добычу на горбу в одиночку не хотелось, Михалыч всё так же не желал быть вьючным животным. Хорошо хоть прилежно сидел рядом и изображал ответственного питомца «иностранного» шамана. Светить раньше времени пространственный карман было не резон, всё должно быть к месту. А потому было принято волевое решение привлечь к транспортировке моего нового знакомого. Его длинное копьё сошло за жердь, к которой мы привязали тушу за лапы и двинулись в путь к пещере племени.

Витл был великаном немногословным, но однако обычаи чтил, предложив стать его гостем и разделить с ним пищу. В племени его голос правда значил не то что бы много, молодой охотник по прошлой зиме лишился не молодого уже отца, ещё раньше он потерял мать, которая умерла, родив на свет его младшего брата. У меня от его коротких реплик только что вьетнамские флэшбэки не начались о моём трудном пещерном детстве, где даже не случилось деревянных игрушек, прибитых к потолку. Хорошо хоть парень успел войти в возраст, когда можно успешно охотится самостоятельно, но однако наличие лишнего рта требовало впахивать как рабу на галерах. Тут не двадцать первый век, чем примитивнее общество, тем сложнее прокормить самого себя, кто бы что не думал.

Мы, гиганты, конечно находимся на вершине пищевой цепи леса. Но однако жизнь первобытного охотника — это постоянный поиск еды. Желудок должен быть полон, с пустым по лесу долго бегать за добычей не получится, да и в засаде сидеть некомфортно. Без еды любое живое существо быстро слабеет, а ослабленный охотник теряет в эффективности. Чем он менее эффективен, тем меньше он ест и тем слабее становится. Как не трудно догадаться этот порочный круг ведёт к смерти от голода. Так что «Акелле» нужно всего лишь несколько раз промахнуться, чтобы в итоге сыграть в ящик даже не получив тяжёлых травм от рогов или когтей добычи. Чья вероятность тем выше, чем ты слабее. Особенно остра эта проблема ощущается зимой, когда в округе нет ни ягод, ни грибов, которыми можно как-то перебиться. Первобытно-общинный строй с опорой на охоту в этом плане довольно мрачная штука. Хотя средневековые крестьяне ушли не так чтобы далеко, у них если где-то накосетворить или лишиться урожая до следующего есть все шансы не дожить. Хорошо если владетель нормальный и подкормит смердов в голодную пору, пускай и накинув долговое ярмо. Хватает тех, кто не желает помогать криворуким, которые не в состоянии сами себя прокормить. Где им долги отдать, если они даже налоги платить не в состоянии?

Тянуть по дороге из Витла слова приходилось только что не клещами, но он всё таки говорил. Трудно отказыться отвечать тому, кто спас тебе жизнь. Так что я узнал и про младшего брата Атла, который сейчас в пещере сторожит их общее имущество, заодно выскребая оленью шкуру, и про вождя Гора, что верховодит со своими взрослыми сыновьями уже три зимы, и про шамана Мида, который был хоть и не молод, но седина покрыла его голову пока не до конца.