Книга Дело житейское, страница 3 – Тимофей Иванов

Золото текло тонкой струйкой, вливаясь в форму, вырезанную Петром в камне и нагретую Феанором. Первая попытка была с гранитом комнатной температуры, но она меня не особенно порадовала. От контакта с холодным предметом золото слишком быстро застывало, не заполняя всю форму. Так что сейчас горячий металл заполнял круглые выемки, а мои губы шептали:

— Два кольца для дочерей лесов зелёных

Четыре для гордых наездниц степи горячей

Пять для тружениц пшеницы полей золочёных

Одно для носителя каменной шкуры кошачьей

Что вместе всех их соберёт

И в одну нерушимую цепь скуёт

В земле Рирт, где враг всякий падёт.

С последними словами залилось самое большое обручальное кольцо под мой безымянный палец. Теперь осталось только ждать, когда каменная оболочка остынет и можно будет заняться полировкой вместе с Петром. Я уж не знаю какими были остальные кольца в Властелине колец, по моему так их зрителю и не показали крупным планом. Но зато хорошо запомнил простой и лаконичный золотой обруч Единого кольца. Такими должны стать и мои поделки. Разумеется без всяких надписей на чёрном наречии. Только полированное до зеркального блеска золото, только благородный минимализм.

Я конечно не Саурон и даже не Келебримбор, но уже сейчас ощущал связь между кольцами, отлитыми из одного каменного черпака в одной общей форме. Человеческие артефакторы могут точно составить расчёты и задать предмету строго определённые свойства. Мы же, шаманы, чаще действуем по наитию, не как инженеры, а скорее как художники. Оба подхода имеют и плюсы и минусы. Но переучиваться я в общем-то не собираюсь, да и наверно поздновато мне. К тому же тот же Гронд вышел на славу, а в кольцах уже сейчас чувствовалось наличие одного объединяющего их духа, что перешёл из идеи в моей голове в материальное воплощение, став эфирной тенью колец в нави. Пока что я не мог сказать какие именно свойство артефакты будут иметь и какие возможности откроют, но готов был поставить свою рыжую бороду об заклад, что мы с девочками будем друг друга чувствовать, что уже немало.

— Ну как? — отвлёк меня от созерцания Авалий.

— Вроде получилось как надо — ответил я — Теперь нужно ждать пока остынут. Ну и заодно поработать.

— Не жалеете вы, молодой человек, мои седины — хмыкнул маг, которому предстояло с помощью телекинеза помочь закончить крышу часовни Света.

— Он никого не жалеет — махнул рукой с недоотмытой жёлтой краской Силаниль.

— Ну тебе вообще грех жаловаться, для тебя ж стараемся — хмыкнул я разгибаясь.

— Ну положим стараемся мы так, потому что ты вбил себе в голову, что хочешь жениться до конца весенней распутицы.

— А ещё хочу принимать клятвы крестьян и давать ответные обещания в готовом храме, а не на стройке, так что не начинай. К тому же всё неплохо получилось, фрески так вообще огонь — тут я конечно слегка покривил душой. Яркая краска у нас с Петром вышла только одного цвета, так что Сил сделал что мог, но это была явно не Сикстинская капелла. Впрочем видал я тут росписи и похуже.

— Мог бы всё таки сделать Посланца — уже привычно занудел жрец.

— Да пробовал я — не огрызнуться не получилось, уж очень меня Сил достал в последние дни с этим его ангелом — Херня одна получается.

С этими словами я поставил перед жрецом и магом статуэтку, которую сотворил ради пробы. Мне самому было интересно, что я могу. Выяснилось, что немного. К примеру, как и в прошлой жизни на рисунках, у меня отказывались получаться одинаковые глаза, так что ангел примерил глухой шлем-бацинет. Более менее удалась форма крыльев, но в попытках обозначить на них перья вышла полная лажа, так что они в итоге были сделаны гладкими с стилизованным опереньем лишь по краю. Сама экипировка подкачала, те же мелкие детали выбесили, так что вместо кольчуги была кираса и наплечники, напоминающие скорее космодесантника из вархаммера сорокотысячника, чем средневекового рыцаря. Схематичная крылатая капля крови на одном из них даже намякала на один из орденов. В итоге сам мужик с крыльями получился весьма массивным и не производил впечатление воздушного создания. Хорошо вышел только меч, который ангел упирал остриём в землю у своих ног. Форму клинка Фростморна я помнил отлично, а голову козлодемона на гарде заменило изображение солнца, символа веры в Свет.