Книга Дело житейское, страница 151 – Тимофей Иванов

Впрочем огорчение от моего блока в башке, который я пока что не смог толком преодолеть, не шли не в какое сравнение с той лютой злобой на кровососов, которая горела в моей груди. Не могу сказать, что мы с эром Бломом были не разлей вода. Но я уважал отвагу, честность и ум этого человека. А ещё, демон побери, считал его другом! И теперь он мёртв. Потому что вампиры похоже оказались огорчены излишней активностью Красного писания в Ахите, а потому решили сыграть на стороне мэлманцев. И #₽@%* твари должны за это ответить. А если в Мэлмане с ними снюхались, то я и с этих двуногих обезьян возьму железную цену за их ошибку.

Двигающаяся по дороге армия была слегка потрёпанной, а ещё чертовски злой и невыспавшейся. Большая часть бойцов была знакома с войной не понаслышке, а потому конечно могла дремать, пользуясь чуть ли не любой свободной минутой. Наверно военная служба во всех мирах развивает это умение у опытных солдат. Но всё таки после горячки ночного боя с вампирами ложится досыпать дело не из простых. Тут и гуляющий по крови адреналин и опасение, что не все кровососы упокоены и кто-то из них мог отступить, притаившись где-то рядом… Так что даже перед тяжёлым днём глаз мало кто сомкнул.

Я же ночью и вовсе такой возможности не имел. После того, как жрецы Света меня подлатали, пришлось заниматься бронёй, а вслед за ней навалились другие срочные дела. Опасения по поводу притаившихся рядом с лагерем кровососов были и у меня. К тому же ночные приключения в известной степени породили хаос, разброд и шатания. Пришлось наводить порядок в меру своих сил и авторитета. А ещё был Килан.

Смерть наставника сильно ударила по парню. По мне правда тоже, всё таки эр Блом был из тех людей, кого я могу назвать другом. Мог назвать. А теперь он мёртв. Для Килана же он был чуть ли не вторым отцом, не говоря уже о том, что тоже являлся для него другом и верным соратником, которому всегда можно было доверять. Второй наследник внешне держался и старался не показывать своих переживаний. Но я чувствовал, что внутри у него всё бурлит. Душащая ярость и разъедающая скорбь так себе сочетание. Из-за них можно наломать дров и в обычной жизни. А уж командиру на войне тем более стоит сохранять хладнокровье.

— Как ты, Килан? — с этим вопросом начался наш путь по дороге утром, когда лагерь был свёрнут.

— Нормально, жрецы Света и полутруп на ноги поставят — ответил он.

— Я не об этом.

— Нормально я — буркнул он.

— Врать ты не умеешь — хмыкнул я — Но это и хорошо.

— Вообще надо бы научится, в политике без этого никуда.

— Не о вранье речь — махнул я рукой — Знаешь, если бы тебя действительно не волновала смерть Блома, я бы в тебе разочаровался. Если бы какая-то тварь убила моего наставника, я бы был в лютом бешенстве. Как и ты сейчас.

— Когда война закончится, я возьмусь за кровососов — мрачно пообещал Килан — Может даже в Красное писание уйду. Это даже пойдёт на пользу герцогству. Два наследника порождают не очень хорошие телодвижения.

— Это уж сам решай — кивнул я — Но в любом случае ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. А сегодня мы все рассчитываем на тебя, как на командира. Не подведи нас. И тогда до вампиров точно дойдёт дело.

— Я справлюсь — кивнул он не столько мне, сколько своим мыслям — Скажи, а человек вообще может справится с такой тварью?