Книга И грянет буря, страница 5 – Тимофей Иванов

— Рассказы? — поднял бровь наконец вырвавшийся из лазарета командир мэлманцев.

— В храме Света в Рирте Магнус поставил статую Посланца. Только у данной конкретной статуи был прообраз, Сангвиний. Или Саня, как его называл сам Маг. Чем больше я думаю о той легенде, которую он рассказывал о Сангвинии, тем больше мне кажется, что он не услышал её, а говорил о том, что видел сам, своими глазами. Возможно даже изваял своего павшего командира.

— А теперь пал сам — не весело хмыкнула принцесса, клюя носом. Не известно до чего люди договорились бы дальше, но усталость была слишком сильна, чтоб что-то долго обсуждать. По крайней мере сегодня.

Я осторожно и не торопясь пробирался под землёй по небольшому тоннелю, который рос передо мной и пропадал за моей спиной, размышляя о ситуации в которой оказался. Не о том, понятное дело, зачем в гнома-шахтёра играю, прося Петра прокладывать путь, а духов воздуха не дать мне задохнуться. О глобальных жизненных перипетиях, да и о посмертных тоже.

Изначальный и Жнец препирались довольно долго, хорошо хоть держа себя в рамках. Всё таки благородным донам не положено вести себя, как шпане, опускаясь до открытой ругани. Но однако трёхглавому дракону троллить воплощение смерти это не сильно мешало. Даже на всё таки случившееся напоминание о естественном порядке вещей он с усмешкой ответил, что это только что одна бессмертная сущность другой бессмертной сущности сказала. Хорошо всё таки быть тем, над кем Смерть не властна. Да ещё и общаться с ней в своём собственном домене, куда занесло одну из её ипостасей. Изначальный и так-то обладает могуществом, которое без сомнения следует считать божественным. А уж в своём собственном мире… Я даже не знаю с чем его силу сравнивать, с самим Творцом?

В общем контраргументов у Мрачного жнеца оказалось недостаточно, чтобы убедить дракона в том, что он не может делать с душой, попавшей к нему всё, что пожелает. Только и осталось, что сказать, что когда придёт время, он меня всё равно приберёт к рукам. И это было на самом деле неплохо. Про взаимную нелюбовь чешуйчатых и пернатых я помнил, так хоть была надежда, что если меня будут мучать, то это продлится не вечно. Однако у дракона к счастью были другие планы.

Демон не соврал, говоря, что драконы и фениксы в массе своей сваливают из миров, которые захватывают его сородичи. Исключения конечно бывают, но не влияют на итоговый результат. Качество это конечно хорошо, но однако им тяжело перебить количество, когда в армии рогатых скотов есть не один и не два серьёзных дяди, которые могут и из головы дракона выбить дурь вместе с мозгами. Пусть таких тоже не много и они генералы демонических армий, но однако же на несколько оставшихся в мире хтонических тварей хватает. Тем более, что черти таки имеют относительно дисциплинированные и сплочённые войска, а драконы и фениксы не очень-то могут в кооперацию. В отличии от тех же людей.

Но однако тут привычную картину подпортил я. Великан, который немного феникс. «Большого папочку» драконов вообще огорчала ситуация с его детишками, которые либо бегают от демонов либо умирают, пусть и организовав горы трупов из «группы поддержки» демонических генералов. А тут ещё и нашлась зверушка, которая некоторым образом состояла в конкурирующем лагере пернатых, но на войну пришла в составе армии, как положено разумному, а местами даже мудрому существу. Оная армия взяла на себя мясо рогатого противника, а сам забавный недофеникс благополучно уничтожил старшего офицера. То есть сделал в миниатюре то, что стоило бы делать его детям, вместо того чтобы праздно валяться на горах злата. Ну или чем тут в данном мире занимаются драконы-тунеядцы. В общем даже такой успех и такого пернатого уязвил знаменитую драконью гордость. Неудобненько получилось.