Книга Дважды кажется окажется, страница 122 – Елена Рыкова

— Вот гадюка! – Когда она вскочила, чтобы в ярости накинуться на подругу, ни разлома, ни Марты уже не было.

4

Соня оказалась на станции метро, которая располагалась гораздо глубже «Площади Революции». В остальном платформа была очень похожа на ту, что сверху, – те же арки, и тоже скульптуры в них. Но рассматривать статуи у Сони не было времени: на станции стоял поезд, и люди в форме в спешном порядке грузили туда детей. Она спряталась за колонну и обсыпалась второй порцией тээм. С жалостью глянула на пузырёк: теперь он был пуст.

Нужно попасть на поезд. Но выходить из укрытия всё равно страшно. Вдруг в ней признают чужую и схватят? Она наблюдала. Дети были примерно её возраста. Они кучковались группками, у каждой группы была табличка. И… каждая группа была одинаково одета. Вот та – в красные плащи, эта – в жёлтые, а вот эта – в синие куртки. Точно такие, как на ней.

— Министерские, заходим! – гаркнул военный рядом с ней, и «её» группа в синих куртках двинулась. Соня обошла его за спиной и, пригнув голову, пристроилась в хвост.

В вагоне на неё никто не обращал внимания. Бледная девочка рядом спросила парня с заспанным лицом:

— Что, совсем всё, да?

— Отец говорит, сегодня городу крышка, – почти весело сказал он. – Танки, бронетехника. Будут бить по Дому Советов!

— Настоящая война, – испуганно сказала девочка.

— Не дрейфь. В бункере отсидимся. Отец сказал, там целый подземный город. «Раменки-43»^[49].

— А родители? Почему мама не поехала? – девочка чуть не плакала.

Мальчик поколебался с секунду, но сразу же напустил на себя уверенность:

— Потом приедут!

Соня достала из рюкзака брошюрку и опустила глаза. Она разволновалась, руки тряслись. Судя по всему, обитатели Скворечника многое пропустили. Поезд тронулся. Книжка, которую подсунул ей Столас, оказалась биографией какого-то академика Чечулина, который, судя по фотографии на первой странице, страдал косоглазием.

Это было скучно, занудно и блёкло, страницы жёлтые, шрифт мелкий, и сосредоточиться на неинтересной жизни академика никак не получалось. Соня просто листала. Вокруг неё болтали дети, будто не замечая, что среди них новенькая, и вскоре она убедилась, что все они – дети чиновников, депутатов и прочих важных шишек, которых везут в безопасное место от «событий в Москве».

На одной из страниц Соня увидела фотографию Дома Советов и рядом – очень похожий на него, но всё же отличающийся рисунок здания. Она постаралась сосредоточиться: «Здание Дома Советов, построенное в 1981 году, было возведено по проекту Дмитрия Чечулина, который тот разработал для штаб-квартиры “Аэрофлота” в далёком 1934 году. Изначально предполагалось, что штаб-квартира “Аэрофлота” будет размещена на площади Белорусского вокзала, но эти планы не удалось осуществить. Годы спустя Чечулин позаимствует композицию Дома Советов с овальной башней именно из этих чертежей».

«Так, и что? – подумала Соня. – Что это мне даёт? Разве что 1981-й – это год рождения Марты. Ну и Цабрана, конечно». Она вздохнула и, по-прежнему ничего не понимая, принялась читать дальше.

«По проекту главный вход в здание венчал портик, напоминающий триумфальную арку. Наверху предполагалось установить семь скульптур лётчиков, спасших пассажиров затонувшего ледокола “Челюскин”. Скульптурный стилобат здания был решён в виде киля корабля, нос и корма которого завершаются крупной групповой скульптурой»^[50].