Книга Принцесса по приказу, страница 52 – Екатерина Каблукова

— Какая милая картина! Кто бы мог подумать!

Трепыхаясь, как рыба в сети, я с трудом выбралась из-под ткани и увидела графа Алайстера, за спиной которого маячили стражники. Глядя на них, я вдруг почувствовала, как тугая пружина, сжимавшаяся внутри меня, распрямилась.

— Мэссэр, – первым выбравшись из-под ткани, художник уже склонился в глубоком поклоне, – рад вас видеть в добром здравии.

— Поверь, это взаимно! – голос напоминал сталь.

Я поежилась. Боненвенунто вздрогнул и склонился еще ниже.

Пьетро и Паоло благоразумно затаились под упавшим на головы тентом, надеясь переждать бурю. Далии повезло больше всех, она сидела у самого края, и ткань просто соскользнула с нее. Поприветствовав хозяина, служанка предпочла отойти в сторону, дабы не попасть под горячую руку.

Несмотря на улыбку, застывшую на губах, граф был в ярости. Сделав несколько шагов, он с силой дернул ткань, бутылка жалобно зазвенела, фьён полился на землю. Художник шумно вздохнул, чем заслужил еще один яростный взгляд.

Пауло и Пьетро нехотя поднялись с земли и теперь делали вид, что старательно отряхивают одежду. Граф бросил взгляд на выливающуюся из бутылки жидкость, затем презрительно посмотрел на наемников:

— Как я понимаю, кражей выпивки вы не ограничились?

Друзья переглянулись, Пьетро достал из кармана массивную цепь из зеленого металла с изображением висящего вниз головой одноглазого человека.

— Великолепно, – процедил граф, забирая реликвию и передавая одному из своих людей. – Посадите их под стражу, по возвращению в Лагомбардию они предстанут перед судом.

— Мэссэр, пощадите!

Наемники упали на колени.

— Мэссэр, это же верная смерть для них, – заметил Боненвенунто, тоже побледнев. – Вы же знаете, что за воровство в темпле их сожгут на костре.

— Ну, возможно, просто отправят на рудники… – Рой нарочито медленно снял перчатки, затем с насмешкой посмотрел на неудачливых грабителей. – Хотя, как сказал мне сегодня главный пастырь клираха, эта цепь очень древняя…

— Мы же вернули ее, – робко возразил Пьетро.

— Вы украли ее и тем самым привлекли к себе ненужное внимание, – жестко возразил граф, затем помолчал и добавил. – На первый раз пять плетей каждому. Если такое повторится, я лично повешу вас. Идите!

Пьетро и Пауло поднялись и медленно побрели к людям графа, на ходу скидывая свои кожаные жилеты. Боненвенунто пытался ускользнуть, но был остановлен:

— Боно, с тобой я еще не закончил.

— Мэссэр?

— Когда я приказал нанять людей в охрану, я имел в виду отнюдь не этих головорезов, твоих дружков по дармовой выпивке в тавернах.

— Но, мэссэр граф, они лучшие! Я не первый раз имею с ними дело! Поверьте, что в бою им не будет равных.

— Если они доживут до боя, а не будут болтаться на дереве из-за очередной кражи, – хмуро возразил Алайстер, в раздражении похлопывая себя перчатками по ладони. – К тому же теперь о шайке разбойников, среди которых две женщины, не знает только глухой.

— Об этом я не подумал, – признался художник.

— Разумеется, – подтвердил граф, – поэтому, чтобы тебе лучше думалось, стоит вспомнить свои прежние навыки и на все время нашего путешествия заняться лошадьми.

— Мэссэр! – Боненвенунто поднял на своего хозяина несчастный взгляд, но тот сделал вид, что не заметил этого.

Художник тяжело вздохнул и поплелся к коням. Я думала, что Далия будет торжествовать, но она с сочувствием смотрела ему вслед.