Книга Техник-ас, страница 42 – Евгений Панов

— Обычная эскадрилья для решения специфических задач. – Полковник мне понравился: сразу чувствуется, что опытный командир. – Нам бы на довольствие встать, товарищ полковник, и определиться по взаимодействию. Да и машины нужно заправить.

— Кому только в голову пришла идиотская мысль формировать отдельную эскадрилью, когда можно просто пополнить действующие части, – чуть слышно пробурчал майор, успевший затеряться за спинами полковника и двух вошедших с ним командиров. Один из них был с энкавэдэшными петлицами и тремя шпалами в них^[30].

— На приказе о формировании тринадцатой отдельной истребительной эскадрильи стоит резолюция и подпись товарища Сталина, – чётко, буквально по буквам, произнёс я.

Всё. Это то, что называют сoup de grace – смертельный удар, наносимый поверженному противнику.

В помещении воцарилась гробовая тишина, а вокруг майора, моментально ставшего белее снега, образовалась мёртвая зона. Майор, судорожно сглотнув и рванув воротник, выскочил в коридор. Следом за ним неслышимой тенью вышел энкавэдэшник. Всё, похоже, пипец котёнку. В это время подобные высказывания плохо влияют на общее состояние организма. Фатально, я бы сказал, влияют.

— Идиот, – чуть слышно, одними губами, произнёс полковник.

— А кто это вообще был? – спросил я, выделяя последнее слово, отчего пришедший с Ерёминым майор невольно вздрогнул.

— Интендант, – практически выплюнул полковник. – До второй шпалы дослужился, а ума не прибавил. Всё за своё барахло трясётся и только и думает, как его подальше вывезти. Ну да и шут с ним, потом с этим разберёмся. Давайте с вами, капитан, работать. Вот, знакомьтесь, начальник штаба нашей смешанной авиагруппы майор Протасевич Николай Моисеевич. Меня, кстати, Иван Сергеевич зовут. За что Звезда, капитан? – кивнул он на мои награды.

— За семь сбитых в одном бою, товарищ полковник.

Я даже несколько смутился.

— Погоди-ка, я же слышал об этом, только не поверил. Думал, байка, – присоединился к разговору майор. – Только говорили, что немцев сбил красноармеец-авиатехник.

— Был красноармеец, а теперь вот приказом товарища Сталина стал капитаном и командиром эскадрильи.

Про Сталина вставил умышленно. Если просто скакнуть из рядовых в капитана, то назовут выскочкой, а вот решение самогооспариванию и сомнению не подлежит. И вообще, строить из себя скромняжку-курсистку я не собираюсь. Мне в этом времени жить, и поэтому, если есть возможность избежать лишних трудностей, то надо этим пользоваться.

Обговорили с хозяевами взаимодействие. Им, конечно, хотелось бы, чтобы мы занимались сопровождением штурмовиков и бомбардировщиков, но я эти подкаты сразу пресёк.

— Летать совместно с бомберами мы иногда будем, но не в качестве прикрытия. Хотя это и коробит слух, но будем использовать их в качестве живца. Наша задача – это уничтожение истребителей противника. Выполним, и тем же штурмовикам работать будет куда как спокойнее.

Хотел было я заговорить об авианаводчиках на передовой, но вовремя осёкся. Какие, на фиг, авианаводчики, если связи, считай, нет от слова «вообще».

В расположении эскадрильи царила деловая суета. В помощь нашим техникам выделили свободный технический персонал из местных, и дела пошли гораздо быстрее. Лётный состав, закончив бумажную работу, заправлялся в столовой под любопытными взглядами местных.