Книга Судьба бастарда, страница 154 – Евгений Панов

Когда эшелон скрылся вдали, я опустил руку и вдруг почувствовал себя на мгновение потерянным. Это мирное, оживлённое место и звуки марша напоминали мне, что война была не только там, на фронте. Она была и здесь – в каждом взгляде, в каждом гудке уходящего поезда.

Выйдя из здания вокзала, я поднял руку, подзывая извозчика. Возок, запряжённый невысокой, но крепкой лошадью, быстро подкатывал ко мне. На облучке сидел возница – худощавый, лет сорока, с орлиным носом и твёрдым взглядом. Вместо одной ноги у него был деревянный протез, аккуратно пристроенный на ступеньке возка.

— Куда изволите, господин полковник? – спросил он, с уважением глядя на мой чёрный шеврон с черепом и перекрещенными костями.

— Дворец Вайсбергов знаешь? Вот туда и вези, да побыстрее, – ответил я, устраиваясь на сиденье.

— Знаю, как не знать. Мигом домчу, – кивнул он, щёлкнул вожжами, и возок тронулся.

Дорога была оживлённой, сновали повозки, торопились пешеходы, слышались крики торговцев. Я посмотрел на возницу, что-то в его осанке привлекло моё внимание.

— На фронте ногу потерял? – спросил я, стараясь не выглядеть слишком назойливым.

Он на секунду оглянулся на меня, потом снова устремил взгляд на дорогу.

— Так точно, господин полковник. Год назад на Саргонском рубеже. Тогда там был такой ад, что и врагу не пожелаешь.

Я кивнул. Хоть мне и не довелось воевать в тех краях, я знал, что это место стало символом кровавой бойни.

— Жестокая битва была, – произнёс я, больше для себя.

— Вы там были? – осторожно поинтересовался он.

— Нет. Мне довелось участвовать в других сражениях. Но о Саргоне слышал от тех, кто выжил. Не повезло тебе.

Он горько усмехнулся.

— Повезло, господин полковник. Жив остался. Мало кому там такое счастье выпало. Да и что там, ногу-то потерял, а руки вот целы, могу лошадью править.

— Это верно, – согласился я. – Но всё же тяжело, наверное?

— Тяжело, – кивнул он, – да куда деваться. Я сначала думал, что всё, пропал, а потом как-то собрался. Жена, дети, ради них живу. Сына вот жду, подрастёт, и сам, может, станет военным, как вы.

Я посмотрел на его лицо – тени боли и гордости смешались в нём.

— Надеюсь, к тому времени эта война закончится, – сказал я.

— Хотелось бы, – тихо ответил он, но в голосе чувствовалось, что он сомневается.

Мы замолчали, и я невольно смотрел на мелькающие мимо здания, думая о том, сколько ещё людей переживут подобные испытания, прежде чем наступит мир.

Мы ехали довольно быстро, колёса экипажа громко гремели по мостовой, но мне всё казалось, что время растягивается, а мы движемся, словно сонная улитка. Каждый поворот, каждый перекрёсток были для меня испытанием. Я пытался отвлечься, разглядывая витрины магазинов и лица прохожих, но мысли вновь и вновь возвращались во дворец, где меня ждали мои любимые. С каждым мгновением нетерпение росло, сердце билось всё быстрее.

Наконец, экипаж замедлил ход, и передо мной выросли кованые ворота дворца Вайсбергов. Высокие, украшенные сложной вязью из чёрного металла, они выглядели величественно и внушительно. Я почувствовал, как тягостное напряжение последних минут начинает отступать.

Возок остановился, и я вылез, чувствуя под ногами твёрдую мостовую. В ладонь возницы я вложил несколько золотых монет. Он удивлённо посмотрел на меня, словно сомневаясь, что я не ошибся.