Книга Ночная охота, страница 130 – Александра Кристо

Тентос вздохнул, словно сам разговор с ними был испытанием.

— Прыгайте и узнаете.

Атия закатила глаза:

— Просто пойдем.

Ее рука легко скользнула в мою ладонь, увлекая меня в лодку Харона. Похоже, Атия и сама не заметила, что это сделала, пока не почувствовала мое сопротивление, тянущее ее назад.

— Я не иду, – сказал я. – Пока.

Вспышка сильной эмоции отразилась на ее лице. Гнева. Или боли.

— Как это – ты не идешь?

Я кивнул в сторону Тентоса.

— Он знает, кем я был, – сказал я. – Он не Бог Забвения и, может быть, расскажет мне о прошлом и о том, что я натворил, чтобы заслужить все это. Я должен знать, Атия.

Атия непреклонно покачала головой:

— Я не оставлю вас двоих наедине.

Я сжал руку Атии и разозлился на себя, когда наконец отпустил ее:

— Это мой путь, Атия. Я пришел сюда за этим. А ты пришла сюда за ними.

Я указал на Реку Огня и Верховных Богов, которые скрывались за входом в Оксению.

— Дело ведь не только в бессмертии. Речь и о твоих родителях, и о том, что Боги сделали с ними и со всем вашим родом, – напомнил я. – Нужно снять твое проклятие и разорвать порочный круг тирании, чтобы никто больше так не страдал.

Атия вздрогнула.

— Теперь я все понимаю, – заверил я. – Я понимаю тебя. И ты должна отправиться в Оксению и отыскать Верховных Богов ради себя и своей семьи. Иди же. Найди, где они затаились, и жди меня там. Если мы задержимся, кто знает, куда они скроются. А могут вообще заявиться сюда, напасть первыми и лишить нас преимущества.

— Но мы оба можем погибнуть, – возразила Атия. – Если мы разделимся сейчас, где гарантия, что мы снова увидим друг друга? Мы сильнее вместе, Сайлас.

— Мне нельзя умирать без твоего разрешения, помнишь? – усмехнувшись, сказал я, вспоминая ее слова перед тем, как меня втащили в лодку Харона. – И потом, к тебе уже вернулось так много твоей магии. У тебя получится, я знаю. Найди их и дождись меня.

Лицо Атии осталось серьезным.

— Допустим, я отыщу Богов, но как ты найдешь меня? – спросила она.

Я потянулся к галстуку и открепил булавку, которая, сколько я себя помнил, была на мне. Я никогда с ней не расставался. Ни на миг с того дня, как стал Вестником.

Опустив ее Атии в ладонь, я заметил, что крылья испачкались в крови.

— Не думаю, что они здесь сработают, – сказал я. – Но я связан с ними. Поэтому смогу отыскать тебя где угодно.

Пальцы Атии сомкнулись вокруг булавки.

— Ты отдашь мне свои крылья?

Я накрыл рукой ее кулак.

— Я отдаю тебе всего себя, – ответил я. – И мне правда очень жаль, Атия. Прости меня за все, что я сделал, причинив тебе столько боли.

Она помотала головой.

— Не прощайся со мной так, – яростно сказала она. – Даже не думай.

Сомкнув руки на моей шее, она притянула меня и прижалась лбом к моей голове:

— Вот так нужно прощаться.

Губы Атии встретились с моими, и ее вкус утолил глубокий, непоколебимый голод, живший во мне.

Мои руки скользили по ее спине, и шелковистой поверхности кожи оказалось достаточно, чтобы я вспыхнул. Я не хотел отпускать ее, жаждал вечно держать в объятиях и вместе путешествовать по миру.

Моя жизнь была пустой, пока я был Вестником, а может быть, и когда я был человеком. Я прожил две жизни, и ни одна из них не могла сравниться со временем, проведенным рядом с ней.

Руки Атии запутались в моих волосах, и она застонала, когда мои руки опустились ниже, и я крепче и сильнее прижал ее к себе.