Книга Жуткая история. Кот, страница 193 – Ксения Горькая

Он перевел дух, поправив съехавшую с плеча футболку.

— В-третьих. Меня испугало то, что я сделал. Но времени тренировать мой самоконтроль у нас нет. Если начистоту, меня не покидает ощущение, что наше время истекает. Когда мы целуемся, где-то на подкорке крутится вопрос: «А что, если это в последний раз?» После того как ты обратился и остался только зверь… когда я увидел, как это будет, я больше не могу отделаться от таких мыслей, понимаешь? – он не ждал ответа, все его внимание сейчас было обращено в себя – он буквально выворачивал душу наизнанку, чтобы донести до Кая причины своих действий. – Поэтому я искал более простой и быстрый способ обезопасить тебя. Поэтому предлагаю завязать мне глаза. Даже если я слечу с катушек, я ничего не смогу тебе внушить. – Робкий вопрошающий взгляд поднялся к лицу Кая: – Это… имеет смысл?

Повисло тяжелое молчание. Хёну слышал только гулкие быстрые удары собственного сердца. Скорее всего, не он один их слышал. Кай поймал его руку, потянул на себя, заключая в объятии, и тихо проговорил на ухо:

— Неужели ты настолько мне доверяешь?

— Конечно… – Хёну произнес это так просто, как что-то само собой разумеющееся.

Кай сжал челюсти.

— То, что ты говоришь… имеет смысл. Мы можем попробовать.

Шумно выдохнув, Хёну изо всех сил сжал его в кольце рук, буквально раздавленный чувством глубочайшей привязанности. Он сам не знал, кого он мысленно просил, может быть, самого Кая:

«Пожалуйста».

«Пожалуйста…»

«Только останься со мной».

Повторяя это как мантру, он робко потянулся к нему губами и сразу получил очень мягкий трепетный поцелуй. Руки Кая обнимали крепко, но бережно – он придерживал ладонью его голову, когда спускался ласковыми поцелуями на шею.

От этой щемящей нежности замирало сердце. Хёну растворялся в нем, совершенно не сопротивляясь, даже наоборот – охотно раскрываясь, обнажая все свои уязвимости в знак абсолютного доверия. Это были только поцелуи, но их чувства, казалось, звучали в абсолютной гармонии.

Приподняв его подбородок и проведя большим пальцем по мягким губам, Хёну трепетно поцеловал и отклонился назад, увлекая Кая за собой и ложась на прохладную простынь.

Кай уперся руками с обеих сторон, нависая сверху, но не перенося свой вес на него. Закончив долгий поцелуй и чмокнув в уголок губ, он немного отстранился и посмотрел в глаза. Их носы едва соприкасались, а черные пряди волос свисали вниз, невесомо касаясь лба Хёну.

— Если у тебя будут завязаны глаза, тебе будет страшно. Ты не будешь видеть, что происходит, и не сможешь это контролировать; останешься один на один со своими ощущениями в полной темноте, – он коротко поцеловал его веки, когда Хёну послушно прикрыл глаза.

— Я буду знать, что ты рядом, а значит, все будет в порядке, – он снова поднял веки и увидел отражение своих светящихся голубых глаз в его темных блестящих.

Несколько секунд Кай внимательно смотрел на него, а потом поцеловал в щеку, постепенно перемещаясь к виску.

— Не надо доверять так безоговорочно. Никому, включая меня, – он говорил это прямо на ухо, заставляя вздрагивать от горячего щекочущего дыхания. Когда он начал целовать его и играть языком с мочкой, Хёну понял, что можно возбуждаться совсем иначе. Не пылко и порывисто, а медленно и тягуче, словно томясь на медленном огне. Чувственные вздохи стали громче.