Книга Жуткая история. Кот, страница 178 – Ксения Горькая

Хёну чуть сжал его теплую ладонь. Риен прекрасно понимал концепцию любви, лучше многих.

В город они приехали ближе к вечеру. Разбушевавшаяся фантазия Хёну подкидывала ему картинки пустынных улиц, усыпанных информационными листовками, и еле волочащих ноги мертвецов из классического фильма про зомби, но на деле все оказалось, хвала небесам, не так. Город выглядел совершенно обычно, разве что людей на улицах стало поменьше – немногочисленные пешеходы шагали торопливо, время от времени с опаской оглядываясь по сторонам. А может, Хёну это только казалось, потому что он точно знал, какая угроза теперь таится в темных подворотнях, боковых улочках и на подземных парковках.

Мятежные, на первый взгляд, оказались совершенно обычными людьми. После посещения нескольких домов – Кай выходил и разговаривал с жильцами, а Хёну терпеливо сидел в машине – стало понятно, что никакой революционной атрибутики или открыто враждебного отношения к законным у большинства из них нет – это были просто испуганные люди, точнее, духи.

Группы более многочисленные в основном договаривались о зонах, на которых они смогут поддерживать порядок, – законные в этом случае выступали в качестве организатора и связующего звена для разрозненных шаек. Само собой, большой кусок территории все еще оставался под присмотром и ответственностью Круга, но то, что даже мятежные понемногу начинают понимать, что людей придется защищать – иначе никто от этого не выиграет, – не могло не радовать.

Одиночки в основном просили защиты – кто-то кооперировался в городе, кто-то после разговора получал от Кая инструкции, как добраться до кампуса. По понятным причинам его местоположение выдавалось только при личном общении. Похоже, в скором времени пустые комнаты в кампусе должны заполниться новыми жильцами.

Особенно сильно Хёну запомнилась одна семья – женщина и девочка-подросток лет пятнадцати. Дочь, как и мать, как про себя их окрестил Хёну, имела способности чильбенсин – это управление болезнями. На деле это означало, что им необходимо было находиться рядом с болеющими людьми, чтобы не слабеть. Они могли подпитываться от них, могли поглотить саму болезнь, а также имели возможность насылать недуги на других. Откуда он все это узнал? Услышал за десять минут концентрированных причитаний матери, пока Кай безуспешно пытался с ними пообщаться. Девочка шугалась от нее по всему двору, пытаясь слушать Кая, а та следовала за ней по пятам и втирала, что ей не будет места среди законных, что она будет там прокаженной и, кроме того, самой слабой – потому что по нынешним правилам куратора – видимо, речь шла о Тэхо, – запрещено причинять вред людям и другим духам. А девочка, в свою очередь, время от времени отпускала колкие комментарии – мол, все что угодно будет лучше, чем оставаться в этом доме и всю жизнь быть изгоем, даже не попытавшись.

Это заставило Хёну впервые задуматься о том, что существует какое-то количество духов – и он не может сказать, насколько это количество велико, – которые не могут жить по правилам законных не потому, что не хотят, а потому, что погибнут, если попытаются. Для этих сверхъестественных существ с самого их становления нет места, хотя они и не выбирали такие силы. По всему выходит, что духи изначально находятся в очень неравных условиях.