Книга Серенада для железной гномки, страница 38 – Светлана Алимова

Бесстрашного героя Шандора как-то застали (и прогнали) из спальни одной из принцесс Ханмира. Потом второй. После третьей его пригрозили кастрировать, а когда Шандор обнаглел настолько, чтобы соблазнить замужнюю королеву, за ним отправили стражу и долго искали по всей крепости стальных рыцарей, чтобы казнить за это. Не нашли и не узнали, хотя на главной площади стоял памятник всей «Бесстрашной четверке» и Шандор на нем получился особенно хорошо. Через три месяца Шандор спас короля и всю его семью от нападения некромантов и тот, поскрипев зубами, тоже его «не узнал». Зато пощечин от обиженных принцесс и королевы Шандору досталось больше десятка и все пришлось терпеть.

Ради благосклонности великолепной и роковой орчицы Грокки было уничтожено целое орочье племя, причем ее собственное. Перебили их стальные рыцари и сама Грокка, уставшая отбиваться от поклонников-орков (особенно от вождя клана и его сыновей), действующих по принципу «одолей женщину и она твоя». Одолеть Грокку не удалось никому и всех это так возмутило, что клан приговорил Грокку к смерти и дружно отправился в Ханмир (куда она сбежала, вступив в стальные рыцари), исполнять приговор. Ее предупредил единственный разумный орк в клане, молодой маг Гровик, и он же благополучно выжил. Всех остальных перебили: стальные рыцари не любили, когда кто-то покушался на одного из них. И были главными защитниками империи Ханмир, обязанными разбираться с любыми угрозами.

С тех пор Грокка заводила романы только с людьми, гномами и полуэльфами, категорически не связываясь с «тупыми сородичами, которые проиграть достойно не могут». Правда для Гровика сделала исключение, но Гровик предпочел сделать вид, что он тоже тупой и смылся. «Бесстрашная четверка» несколько раз встречала его в своих путешествиях и Грокка всегда была с ним ласкова и дружелюбна. Гровик отвечал ей тем же, но на предложение одолеть Грокку (с последующим приятным продолжением и гарантированной победой), сдавался без боя и прятался за Оршою и Иштвана, по секрету признавшись им, что очень хочет жить, а у тех, кто вожделеет Грокку это плохо получается. Грокка вздыхала, грустила, но принимала его отказы, время от времени проверяя не превратились ли они в согласие.

Оба они, Шандор и Грокка, были боевыми товарищами Оршои и ее друзьями.

— Выпьем за новобрачных! Вот честное слово, я ничуть не удивлен! — радостно вещал Шандор. — Вы хоть и не целовались никогда, но по вам было заметно все! Будто давно уже женаты.

— Брешешь, как сивый мерин, — ухмыльнулась Грокка, — я вот волновалась за Иштвана: к нему часто дамы подкатывали, а он все время отказывался. Я подумала, что некроманты ему кой-чего отрезали и он мстит именно за это. Расстроилась за него.

— Да если бы отрезали, он бы целительством прирастил назад, — возразил Шандор, — Иштван, прирастил бы?

— Прирастил бы, — невозмутимо ответил Иштван, — но давайте сменим тему. Как у вас дела?

— Я карьеру делаю в крепости, хочу офицером стать, — сообщила Грокка, — после того покушения на предводителя Хагара, освободилось много мест и в моей преданности он не сомневается. Так что у меня все идет, как по маслу.

— А я, отдохнув после спасения Фарти от огров и второго уничтожения Кенотаф, продолжаю влипать в приключения, — добавил Шандор, — меня зовут в разные группы героев, но я вступаю только временно: с «Бесстрашной четверкой» никто не сравнится. А помните, как мы все собрались?