Онлайн книга «Сон-да-Ветер»
|
— А тебе не повезло? — бросаю наугад. — Поэтому ты решил оборвать поводок? Бриз долго молчит, потом улыбается, но улыбка выходит невеселой. У меня сжимается сердце, а он говорит: — Что ж теперь… Мы всегда остаемся людьми, сколько бы веков ни купались мы в стихийном блаженстве. Терра тоскует о возлюбленном, оставшемся в прежнем мире. У Акве разбито сердце из-за того, что нареченный не ответил ей взаимностью. Игнис… он утверждал, что процесс познания ему милее, а жертвы лишь вынуждены? Только наверняка умолчал, что нареченная, которую он полюбил, сама ступила в огонь, не желая связывать с ним судьбу… Ну, а я… Я полюбил, Мико, девушку, которая жила на том побережье, где поклоняются Акве, я не смог бы заполучить ее в нареченные. Год за годом я просто тенью прилетал на побережье, смотрел, как она расцветает, как ее выдают замуж, как плачет она, лишенная счастья материнства. Как она стареет… Смотрел, как изводит ее муж, человек жестокий и надменный. Видел я и то, как он спутался со служанкой и решил, что жена ему не нужна. Пара алмазов, обменянных на причудливый рецепт, дарующий легкую смерть, и вот уже ту, которую я любил, бездыханную, кладут на ритуальный костер… Как он скорбел на публику, Мико, с каким упоением бросал в воду камни, вспоминая о ее светлых делах. И люди верили и утешали его. А дома уже ждала служанка с другими утешениями… Как думаешь, легко быть совершенно беспомощным вот так, целых шестнадцать лет. В глазах нареченных, присылаемых мне потом, я пытался поймать хоть каплю того веселого света, что искрились в глазах той женщины, но напрасно. Я не смог открыться ей, я не смог ее спасти, я не смог покарать убийцу… Ведь и это тебе знакомо, Мико, вспомни караван, гибель которого ты наблюдал так близко… Он просто хочет меня разжалобить, твержу себе я. Искусно манипулирует мною, чтобы отвести глаза! Твержу и вспоминаю радость Бриза за наше счастье с Нирой. Радость… и едва уловимую грусть, которую я списывал на то, что ему просто не хочется терять привычную роль моего постоянного спутника. Бриз дает мне время решить, верить ли мне этой истории. Дает время. И говорит вновь. — Но мы же связаны, Мико, ведь божества запретили нам вмешиваться в человеческую жизнь. Хорошенько же они устроились! Мне надоело это, Мико. Мои попытки вмешаться в их жизнь вызвали бунт стихий. Перед твоим приходом мне крепко досталось от смотрителей, хе-хе. Но я не хотел воевать с ними. И тогда я решил вернуться. Я не волен выбрать себе любовь, но завоевать власть мне несложно. На нашей земле я был… я знаю вкус власти, Мико, и этот вкус слаще всех соблазнов мира. Я вернусь, зная, где хранятся сокровища моего княжества, а если и нет, то я смогу пробиться и так. Я доживу там свой простой человеческий век, но доживу так, как хочу сам, а не так, как диктует мне невидимый творец! — Но вернуться невозможно! Ты же сам говорил… — я осекаюсь. — Говорил. К чему мне было тешить тебя надеждами? Да это и было невозможно — до явления новой луны и новой силы. Если бы ты знал, что можно вернуться, ты бы не принял пост Смотрителя, не избавил бы наш остров от подозрений и наблюдений остальных. Ты бы не успел освоить мастерство Аира, которое понадобится тебе сейчас. — Значит, ты моими руками решил собственные проблемы, — не могу удержаться я от шпильки. |