Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 104 – Елена Галунец

— Следи за пульсом и дыханием, — недовольно проговорила женщина, и я услышала скрип двери.

— Свид, — прошептала я.

Тот сразу же подошел к кровати и сел на корточки.

— Сколько времени я здесь нахожусь? — спросила я, начиная чувствовать, как болит шея и голова.

— Часов пять.

— Мне надо вернуться. Там уже точно день прошёл или больше.

— Что произошло? Это он с тобой сделал?

— Да. Под наркотой он совершенно ничего не понимает.

— Я не могу тебя отпустить, — наклонился он, разглядывая моё лицо.

— Мне надо в больницу. Голова болит, скорее всего, сотрясение, — подняла я руку и сфокусировала взгляд на бинтах.

Вспомнив про осколки вазы, представила, в каком виде меня нашли…

— Кто нашёл меня? Пини не испугалась?

— Не было её дома. Госпожа Рутке мне позвонила.

— Прости меня, но мне надо вернуться. По горячим следам надо, чтобы его посадили. Отнеси меня в детскую.

— Я не хочу тебя отпускать. Вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг он там дожидается тебя и закончит то, что начал?

— Тогда мне надо на чердак.

— Я не повезу тебя в таком состоянии к Куатам.

— А если мне правда хуже будет? Неси, давай, в детскую, пока я в сознании. Я сразу вызову врача.

Свид долго сомневался и боролся сам с собой, но прекрасно понимал, что я права. Решиться ему помогла бабуля: она заглянула к нам и, увидев, что я проснулась, тут же подошла.

— Тебе надо домой. Это не твой мир. Возвращайся, — сухо проговорила она, чем вызвала недовольство у моего бородача.

А я уже знала: если она говорит таким тоном, то это её волшебство сейчас в действии. Мне порой кажется, что некое местное божество таким образом её устами говорит. Так что Свид не смог ослушаться и тут же очень осторожно поднял меня на руки.

— Я вернусь. Слышишь? — прошептала я, сжимая зайца в руке.

Свид кивнул, но его выражение лица мне много о чём сказало. Если бы он мог со мной переместиться, то голыми руками бы Гирсома разорвал. Уж в физической форме моего дровосека я не сомневалась.

Очутившись в своей комнате, я с опаской огляделась и сразу же расслабилась, никого не обнаружив. Судя по следам, предметам и разметкам возле бурых пятен и битого стекла, тут были криминалисты. Превозмогая головную боль, головокружение и тошноту, я добралась до двери и случайно сорвала открытием опечатывающую ленту. По лестнице спускаться не осмелилась, поэтому села на пол и позвал Мариэллу.

Надо было видеть, с каким испугом она посмотрела вверх и, увидев меня, вскрикнула:

— О Великий Урдер! Прости меня за грехи мои! Огради меня от душ умерших!

— Я живая, помоги мне, — попыталась я улыбнуться, потому что стало смешно.

Женщина, вцепившись в перила, стала медленно подниматься и, подойдя ближе, уже разглядела меня. Как и я её. Синяк под глазом был смачно фиолетового цвета.

— Звони Луи. Быстро! — дала я задание и улеглась на пол, чтобы не упасть.

Мариэлла тут же при мне набрала номер, но подходить ко мне не стала.

— Г-господин С-суинелле. Салиса дома, — заикаясь, проговорила она.

Что он ответил, я не слышала, но ждать его пришлось недолго. Я всё это время была в сознании, только лежала с закрытыми глазами. Мариэлла, похоже, больше склонялась к тому, что я призрак, поэтому ждала маранольца внизу у дверей, боясь подниматься на второй этаж.

Луи, увидев меня, очень смачно выругался и попытался поднять, но я отказалась, потому что каждое движение отдавалось головной болью.