Книга Развод. Сбежать от мужа, страница 89 – Алиса Марсо

Мы заходим в офис, и нас сразу приглашают в кабинет. За столом сидит солидный мужчина средних лет — Сергей Васильевич.

— Здравствуйте, присаживайтесь. У нас будет серьезный разговор.

Я напрягаюсь и переглядываюсь с Данилом, но тот лишь пожимает плечами и ободряюще подмигивает.

— Аврора Геннадьевна, я изучил ваш брачный контракт и подготовленный пошел на заседание. Документ защищает ваши права на совместно нажитое имущество, правда, вы получаете мизерную долю от рыночной стоимости, но вы мои клиенты, я действую исключительно в ваших интересах, и для того, чтобы результат был наиболее выгодный для вас, я должен владеть всей информацией. Данил, — теперь мужчина обратился к нему, — вы же серьезный, грамотный человек, ведете серьезный, большой бизнес, откровенность со своими юристами — это первое правило защищенности. Согласны?

— Конечно, для этого юр отдел и существует, — подтверждает Данил. — В чем дело?

— А в том, что нужно было либо держать язык за зубами, либо о таких вещах сообщать мне. Для подготовки к заседанию я потратил много времени, и оказалось впустую, меня размазали в суде, как мальчишку.

— Сергей Васильевич, скажите, наконец, в чем дело? — сильнее хмурится Данил, а я вообще ничего не понимаю.

— Я о том, что Аврора Геннадьевна, по мнению ответчика, беременная и Макар Денисович Ткач подал в суд ходатайство об изменении процесса развода в связи с открытием новых обстоятельств. Он требует назначить генетическую экспертизу, чтобы установить свое отцовство и внести со своей стороны новые требования, как отец ребенка. А вы, я надеюсь, понимаете, что это затягивает процесс развода. А если окажется, что истец, то есть Аврора беременна не от него, ответчик грозится подать иск на моральную компенсацию за нанесенный психологический, психический и этический вред нанесенный действиями его супругой в размере ста миллионов рублей. Что вы на это скажете?

Я сижу, слушаю поток всех этих юридических оборотов и не сразу понимаю, о чем речь, лишь слово «беременная» заставляет биться сердце быстрее. Перевожу взгляд с недовольного адвоката на пораженное лицо Данила и наконец, информация доходит до моего мозга. Меня бросает в холодный пот, пространство вокруг кружится, руки немеют, а ног практически не чувствую. В голове туман, и лишь по движению губ Данила, понимаю, что он завет меня по имени.

Как же так? Как Макар узнал о моей беременности? Да к черту мужа, Данил не так должен был узнать о нашем ребенке, не в кабинете адвоката, не через претензии, не как образовавшаяся проблема, а как чудо в наших отношениях!

Меня начинает трясти, горло сжимается спазм, а к глазам подступают горькие слезы. Данил смотрит, и я больше не понимаю, что отражается на его лице: непонимание, шок, озадаченность, совсем незаметная искорка радости, которая тухнет, когда он видит слезы на моих щеках.

Он думает, что я его обманула? Что беременная от Макара и скрыла это? Что плачу, потому что меня раскрыли? Но это не так! Слезы душат, потому что это должен был быть самый волшебный момент между нами, трепетный, волнительный, радостный. Но не так, не здесь, не с подачи Макара!

Я подскакиваю и срываюсь с места, выбегаю из кабинета и с невидящими глазами бегу, не разбирая дороги. Я путаюсь в коридорах и поворотах, хочу на улицу, подальше от всех, но упираюсь лишь в тупик. Стыдно, досадно, чертовски горько.