Книга Родственные души в Сеуле, страница 22 – Сьюзан Ли

На мне мое новое бикини в красно-белую полоску. И хотя это не в правилах спасателей, таким образом я не очень изящно пытаюсь привлечь внимание. Я должна поднять ставки, чтобы вернуть Нейта. Я не дам нашим отношениям так легко разрушиться. Я могу напомнить, что ему нравится во мне. И если ничего не поможет, могу пересмотреть «Ривердэйл»и постараюсь не смеяться во время музыкального эпизода.

Джейкоб посмеялся бы над абсурдностью «Ривердэйла».

«Стоп! – говорю я себе. – Хватит».

— Слушай, я знаю, что тебе вроде все равно или типа того, но…

Блин. Когда Шелли заходит с такого вступления, она прекрасно понимает, что мне небезразлично все, что она собирается сказать. И скорее всего, это будет пипец. Она честно не может сдержаться.

Но, прежде чем Шелли произнесет еще хоть слово, я слышу это. Я слышу удивительно мелодичное, писклявое женское хихиканье, похожее на звон колокольчиков. Совсем не похожее на мой смех гиены. Я медленно поворачиваю голову в сторону гипнотического звука и сталкиваюсь с самой жестокой реальностью, какую только могу себе представить.

Она миниатюрная, хорошо, если в ней хотя бы пять футов роста. Кожа у нее цвета слоновой кости, бледная и гладкая, без изъяна, без единой веснушки. Даже если бы у нее и были веснушки, они, без сомнения, были бы симметричными и милыми. На ней скромный цельный купальник с рюшками на юбке, и каким-то чудом это выглядит привлекательно. Наглая жопа. Длинные, черные, шелковистые волосы, такие темные, что кажутся почти синими.

Когда она смеется, она прикрывает рот рукой, а глаза танцуют от восторга.

Она похожа на безупречных девушек, которых я вижу в мамином телевизоре, когда прохожу мимо ее спальни. Тех, которые либо поют и танцуют в развлекательных шоу, либо плачут и кричат в какой-нибудь корейской дораме. Она прототип каждой Грейс, Эстер и Джинни в любой корейской церкви к востоку от Тихого океана.

Обжигающее солнце Сан-Диего светит позади нее, создавая идеальный эффект ореола. А как иначе?

А Нейт смотрит на нее, как на драгоценный камень.

— Кто она? – спрашиваю я. Я никогда не видела ее в кампусе. Очевидно, что я не единственная кореянка в нашей школе. Но я единственная кореянка в нашей компании друзей. И я очень старалась вписаться в нее, несмотря на то, что так сильно отличаюсь от остальных. Если она здесь и разговаривает с Нейтом, значит, она пытается проникнуть на мою территорию. О боже, Ханна, только не показывай танцевально-песенный номер, какая ты секси. Возьми себя в руки.

У меня перехватывает горло, а нос щекочет едва уловимый запах очень дорогой краски для волос, благодаря которой мой стилист сделал мне правильные пряди светло-коричневого цвета. Для чего все это, если не для того, чтобы вписаться, произвести впечатление на Нейта, показать ему, что я идеальная девушка?

— Вот это я и собиралась тебе сказать. Я слышала, что Нейт, видимо, встречается с новой девушкой. – Голос Шелли возвращает меня к реальности.

— Что? – Я резко поворачиваю голову, чтобы посмотреть ей в глаза и понять, не ложь ли это или досужая сплетня. – И недели не прошло, как мы расстались.

— Формально вечеринка была восемь дней назад, но я понимаю, о чем ты говоришь. Труп еще даже не остыл.

В эту секунду у меня есть два варианта. Я могу столкнуть Шелли в бассейн и отказаться слушать то, что она скажет дальше. В общем, это было бы так просто. Или сделать глубокий вдох и пойти узнать больше об этом новом препятствии.