Книга Родственные души в Сеуле, страница 127 – Сьюзан Ли

Я встречаюсь взглядом с миссис Чо, и она тоже одобрительно мне улыбается.

Я смотрю на Джин Хи – она показывает мне большой палец вверх.

— Что ж, терять мне нечего, – улыбаюсь я в ответ.

Подхожу к группе ребят и вижу знакомые лица со случайных встреч этого лета. Достаточно темно, чтобы меня никто не заметил или, наоборот, чтобы все сразу же заметили, что среди них находится Ким Джин Сок. Я осматриваю толпу, нахожу в ней огромную голову Нейта Андерсона.

Перед ним стоит Ханна. У меня перехватывает дыхание, когда я вижу ее в свете луны и креста на горе Соледад. Она прекрасна. И, судя по выражению ее лица, она недовольна.

Мое сердце сначала трещит, как угли в костре, от яростной ревности. Потом сжимается от огорчения, что это я толкнул Ханну в объятия Нейта. Но скоро уже взмывает вверх наподобие воздушного шарика: мне становится совершенно очевидно, что происходит между ними. Ханна не хочет быть с Нейтом.

Я делаю глубокий вдох и иду к ним.

Подхожу ближе и вижу, как Нейт берет руку Ханны и притягивает ее к себе. О, нет. Он наклоняет свою гигантскую башку, готовясь к поцелую. Но в последнюю секунду Ханна опускает голову, явно не желая встречаться с ним губами.

Он кладет руку ей на щеку, пытается поднять ее лицо, заглянуть в глаза. Пойми же, приятель. Она ничего не хочет, у нее нет чувств к тебе.

Я ускоряю шаг, пробираясь сквозь толпу.

— Оппа, ты здесь. Ты пришел, – слышится чей-то высокий, невнятный голос. Какая-то девушка хватает меня за руку.

Я освобождаюсь от слабой хватки только для того, чтобы влететь в новые объятия.

— Я люблю тебя, Вон Джин. Ты не представляешь, как я одержима тобой, – лопочет девушка. Ее лицо слишком близко, а губы касаются моего уха. В сгущающейся темноте она даже не может разглядеть меня настоящего, а представляет, что перед ней мой персонаж из сериала. Я осторожно отталкиваю ее от себя, и ищу глазами Ханну.

Я замираю – обе ее руки на груди Нейта. Не делай этого, Ханна. Не прикасайся к нему. Но ее лоб нахмурен, а губы шевелятся с бешеной скоростью. Нейт поднимает руки, как будто не понимает, что она пытается сказать.

Вдруг он хватает ее за руки, и от этого движения ее тело сотрясается.

Я бросаюсь бежать. При моем приближении Ханна оборачивается, широко распахнув глаза от шока. В этот момент я ослеп от ярости.

— Убери от нее руки! – кричу я, прежде чем Нейт успевает осознать, что происходит. Но как только он поворачивает голову, я размахиваюсь кулаком и бью его по лицу.

— Ой, блин! – вскрикивает он, хватаясь за щеку.

— Ой, блин! – вскрикиваю я, хватаясь за руку.

Позади нас раздается шум, и вдруг моя мама и миссис Чо начинают дубасить Нейта своими сумками.

— Вот тебе! Не трогай Ханну, – приговаривает миссис Чо.

— Уходи, наппын сэкки-я! – требует мама. Когда я слышу, как пожилые женщины называют Нейта ублюдком и проклинают его, я чувствую себя увереннее, чем должен.

— Прекратите! Дамы, вы сумасшедшие, – говорит Нейт, прикрывая голову руками. Мамы бьют его несильно, скорее просто размахивают сумками перед его носом. Я подозреваю, что больше страдает не голова Нейта, а его эго.

— Джейкоб, что ты делаешь? – кричит Ханна, вставая между мной и Нейтом.

— Для этого придурка, похоже, ответ «нет» ничего не значит, – говорю я, придерживая, по всей видимости, сломанную руку здоровой. И с опаской жду, когда Нейт подойдет ко мне, но в душе молюсь, чтобы он этого не делал. Я знал, что у него бетонная башка, и второй раз я уже не смогу его ударить. А судя по тому, как пульсирует моя рука, и вряд ли вообще ударю в своей жизни еще кого-нибудь.