Онлайн книга «Под прицелом. Личное дело генерала Ханина»
|
Глава 52. Глава 52. — Ну какой штраф, — усмехается Меркулов. — Ты что-то попутал, хакер хренов. Десятка тебе светит за умышленный взлом. А жена будет к тебе на Севера ездить. Раз в полгода Жена Нет. Не будет. Злата ушла. Но я её найду, и никто не заберёт её у меня — Мы будем настаивать на злостном хулиганстве, — с пафосом бросает адвокат. – Ваши инсинуации нуждаются в тщательной проверке. Нужно созвать экспертов… Не слушаю. В упор смотрю на Меркулова. Мажу взглядом по лицу, по рукам. Бездумно пялюсь на пальцы, держащие ручку Ручку! Шариковую. Чёрную. Самую обычную В башке что-то прощелкивает. Бл… Ну конечно! Вспоминаю незабвенного мичмана Кривенко, гонявшего в хвост и в гриву нашу роту морской пехоты — Вы орудие для убийства, бакланы, — твердил он нам на учениях. – Любой предмет в ваших руках может стать смертельным оружием. Даже вот эта шариковая ручка. Главное, знать, как бить — Вашему клиенту статьи о терроризме светят, — напоминает строго Меркулов. Сидит напротив, развалившись, как будто он тут хозяин, и имеет право меня судить. — Плюс за создание и распространение вредоносного ПО. Лет на двенадцать наберётся… Поэтому советую перестать упираться и начать сотрудничать со следствием. В ваших же интересах… Он думает, что запугал меня и сейчас начну молить об особых условиях. Выдам всех, солью коды Ага, щаз! — Ладно, я согласен. Всё подпишу, — вздыхаю устало Типа сдаюсь. Ты победил, Меркулов! Я сломлен и готов играть по твоим правилам Пусть думает, что выиграл. Пусть расслабится. Пусть только расстегнёт браслеты — Не хочу в тюрьму. Расстегните, — тяну к нему руки Меркулов колеблется. Явно не доверяет мне. Видать, чувствует что-то. Но не может доказать. У него на меня нет ничего… — Хорошо, — неохотно снимает с меня наручники Протягивает шариковую ручку На автомате перехватываю ее, как учили — Что писать? — смотрю доверчиво Но, видимо, переигрываю. Меркулов, сука, мгновенно врубается. Считывает молниеносно мое состояние. Тянется к кобуре — Не усугубляй, Червонцев, — предупреждает глухо. – Руки на стол! Но я уже выкидываю тело вперед. Бью ручкой. Остриём целюсь в глаз подполковнику. Но он уворачивается, гад. Успевает Ручка проходит по касательной. Царапает лицо, не доставляя особого вреда. Меркулов дергается. Отстраняется на автомате Удар приходится в плечо. Кровь брызжет мне на пальцы. В порыве ярости заношу руку снова. И получаю крепкий удар в лоб и в переносицу Голова дёргается назад. Падаю на стол от острой боли — Доигрался, сука, — говорит подполковник, хватая меня за шиворот. Наклоняется надо мной. Вижу кровь на щеке, злость в глазах. И меня отпускает Меркулов, кривясь от боли, одевает на меня наручники. Пристегивает к столу. И только потом, тяжело дыша, зажимает рану Опустив голову, смотрю на руки. На них кровь. Не моя. Меркулова Теперь меня точно надолго закроют. Сколько там он пророчил в начале допроса? Десять лет? Двенадцать? Сейчас еще накинут за нападение. Отправят куда-нибудь в «Черный дельфин» или в «Полярную сову» Плевать Сердце ноет от осознания простого и непреложного факта. Я больше никогда не увижу Злату. Вообще никогда. Прикрываю веки. Словно наяву смотрю на нее. Красивую, тихую и послушную… Я люблю её именно такую. Так люблю, что не могу дышать. А теперь все. Капец… |