Книга Всё равно не убежишь, страница 11 – Татьяна Катаева

бы. И Сашку ругала бы. Собой рискует, меня тащит. Что ж, впервые рада, что Борцова сегодня

нет. Хотя этот тут.

Мысли, на секунду, возвращаются туда. За мою спину. И такое чувство, что я даже чувствую,

как прожигает взглядом нас. По спине холодок проходит. Да быть этого не может. Уж кто-кто, а

этот не должен в нашу сторону смотреть.

И всё-таки, не выдерживаю. Как только Лисицкий ставит на ноги, резко поворачиваюсь.

Вижу его компанию. Все на месте, кроме него. А я всё также, продолжаю чувствовать его

взгляд. Щеки краснеют, отчего-то. Я кручу головой, чтобы поймать этот бесстыжий взгляд, и не

нахожу. Бешусь.

Это странно, если честно. Какого черта, вообще его ищу?! С чего взяла, что чувствую его?!

Он, вообще-то, мне противен.

— Катюш, ты, где летаешь?! Пора готовиться.

Я резко взмахиваю рукой перед глазами, словно прогоняю этот взгляд. Это чувство. Этого

гада.

— Изиды вон! — тихо шепчу, и к Сашке поворачиваюсь. — Я готова, зай. Где мой шлем?

Процесс подготовки, занимает считанные секунды. Шлем, короткая инструкция от Саши.

Он несколько раз, переспросил, уверена ли я. Не боюсь ли. Ха, да я за это дьяволу душу

готова продать. Не то что покорно сидеть сзади, и всего лишь держаться за него.

Плохо помню сам старт. Потому что была поглощена своими эмоциями. Так сильно меня

потряхивало изнутри. Трясло, хотя внешне была спокойна. Сердце же, оно и вовсе, то быстрее

билось, то останавливалось. Такой сумасшедший скачок и перебег. Смена эмоций. От дикого

кайфа и адреналина, до животного страха.

Скорость. Она отключила мозг. Под шлемом, видимость сохранялась. Но хотелось снять его и

глотать этот холодный, ледяной воздух. Чтобы каждую клетку пропил драйвом и адреналином.

Чтобы навек во мне остался. Чтобы хотелось ещё и ещё.

Смотреть нравилось. Но принимать участие, куда круче. Даже не представляла насколько. И как

после этого остановиться и не хотеть больше?! Байк теперь себе хочу.

Боже, до чего же крыша течёт от адреналина. Какой байк?! Отец, скрутит на нем сначала

колеса, а потом и шею мне, ну чтоб наверняка с ума не сходила. Он за единственную дочь,

горло каждому перегрызет, кто посмеет обидеть. Наверное, из-за этого и парня у меня долго не

было. Отец всё детство внушал, что если узнает, что кто-то посмеет испортить его дорогую

девочку, сразу же, заставит жениться.

Да, сейчас это не так страшно и грозно звучит. Но лет в шестнадцать, до озноба пробрало,

так боялась. И не так страшно было отдаться кому-то, как страшно выйти замуж в шестнадцать.

Уж извините, я гулять хочу. Летать... Как сейчас.

Прижимаюсь к Саше теснее. Кажется, как будто единым целым стать хочу. Ого, впервые такие

мысли посещают. Неужели готова?! Или же, это из-за драйва всё. Потому что помимо адреналина,

по крови эндорфин течет. А внизу живота, пожар. Заводит меня опасность. Заводит меня вызов,

который бросают. Глупое соперничество заводит так, что между ног, опасно горячо становиться.

Ох, как опасно.

А когда, мы ещё и к финишу, первыми приходим... Держите меня семеро.

Мотоцикл останавливается, я слетаю с него. Шлем снимаю. И как только Лисицкий оказывается

передо мной, запрыгиваю на него и обхватила снова бедра. В губы, с такой жадностью впиваясь.

Клянусь, мне кажется, я готова выпить его до дна. И пью, сколько он позволяет.