Книга Средневековый детектив, страница 159 – Владимир Романовский

Дверь спальни распахнулась. Эржбета встала сумеречной статуей на пороге.

— Пора, Яван, не так ли, – сказала она. – Час настал. Договор остается в силе.

Он затравленно посмотрел на нее. Ингегерд вскрикнула и отодвинулась от двери. Ярослав и Жискар схватились за сверды.

— Обременяющая женщина, – вспомнил Жискар.

— Ты все искала момента, – сказал Яван. – Все ждала, и вот момент представился. Наконец-то.

— Не выйдет, – сказала Явану Эржбета. – Если мы будем отвечать, то только вместе.

— Не за что отвечать! – крикнул Яван.

— Ты думаешь? И что же, убитые болгары тоже так думают?

— Я принял постриг! – крикнул Яван, поднимаясь с ховлебенка. – Я был готов! Ты, хорла, во всем виновата! Ты меня тогда сбила с толку!

— Ну конечно же! Именно я во всем виновата! И ты думаешь, что постриг все оправдывает? Что договор больше не действует?

— Я дал обет. Ты сказала мне, что тоже дала обет!

— Я похожа на женщину, которая дает обеты? Тебе хотелось мне верить, и ты поверил. Ничтожество.

Яван кинулся к ней и схватил ее за горло. Лицо его и пальцы побелели.

— Это ты тоже умеешь, – сдавленным голосом но спокойно сказала она. – Что ж, давай. Говорят, убиенные без суда попадают в число спасенных. Души меня, Яван, а сам иди туда, где тебе уготовлено место.

Яван разжал пальцы. Судьба, подумал он.

— Ты сделаешь то, что тебя сейчас попросят, – сказала ему Эржбета.

— Не сделаю.

— Сделаешь. Договор существует. Договор в силе.

Яван повернулся к ней боком. У него задергалась щека.

— Вы еще долго будете разыгрывать тут непонятную сцену? – спросил Жискар. – Ты все это время под дверью подслушивала?

— Не объяснишь ли ты мне, Яван, – сказал Ярослав, – что она здесь делает?

— Вам нужен военачальник Ликургус? – спросила Эржбета. – Он перед вами.

Жискар мигнул и посмотрел на Явана. И Ярослав посмотрел на Явана, и Ингегерд тоже. Она была единственная в помещении, никогда не слышавшая о военачальнике Ликургусе.

Ярослав подошел ближе к Явану и попытался заглянуть ему в лицо. Яван отвернулся.

— То-то я все время думал, что что-то не так, – задумчиво сказал Ярослав. – Будто маска какая-то. Вроде бы человек из кожи вон лезет, чтобы казаться услужливым да рассудительным. Будто хочет понравиться всем. И видно, что старается, а получается плохо. Стало быть, ты Ликургус. Интересно. Примерно таким я тебя и представлял себе.

Он отступил к стене и замолчал, продолжая разглядывать Явана.

— А ведь что самое-то мерзкое, – сказал Яван, обращаясь к Эржбете, но не глядя на нее. – Ведь не от разума и не по расчету ты все это делаешь. Какой там расчет, тебе самой выгоды от этого никакой нет. А просто потому, что тебе ничто не доставляет больше хвоеволия, чем хаос. Хоть бы и себе самой в ущерб.

— Я не для себя стараюсь, – сказала она.

— О, да, еще про дочь мне свою расскажи, все для счастья детей…

— Не заговаривай мне зубы, Ликургус. Не уклоняйся от долга.

Он резко повернулся к ней.

— Нет, нет, Яван, – сказала она насмешливо, – это уже было, только что. Не надо меня больше душить.

После непродолжительной паузы, Ярослав решил, что пора брать инициативу в свои руки.

— Ну так, значит, Ликургус, раз ты не смог мне достать денег, то послужи-ка мне в другом деле, может лучше получится.

— Я тебе все объяснил по поводу денег, князь.