Книга Герой, страница 212 – Данияр Сугралинов

+5 к удаче.

Вес изделия: 24,89 гр.

Прочность: неразрушимо.

Стоимость: 6 430 000 рублей.

Эффект активен, если установить нэцке в доме владельца.

Кручу нэцке в руках и чувствую едва ощутимое тепло.

— Вас что-то заинтересовало? – спрашивает молодой человек за кассой.

— Сколько за статуэтку?

— Из корзины? Там любой предмет – триста рублей.

Думаю, что фортуна благосклонна ко мне. Может быть, вся эта глупая ситуация со встречей у Панченко была нужна, чтобы я набрел на эту лавку? Иду к кассе, чтобы рассчитаться.

— Минутку, – продавец берет фигурку в руки. – Хм… Вы знаете, эта статуэтка попала в корзину по ошибке. Это Дзюродзин, редкая вещь! Но она… – мнется он. – В общем, это подделка.

— Подделка? – возмущаюсь я.

— Копия. Простите, – бормочет продавец и убирает нэцке под прилавок.

— И сколько стоит эта подделка?

— Минутку… – он роется в компьютере. – Странно… Именно ее в базе нет. Но такие же стоили три тысячи девятьсот. Если будете брать, сделаю скидку.

— Возьму за две, – великодушно предлагаю я.

— По рукам! – сразу соглашается продавец, и мне начинает казаться, что я переборщил.

Потом мысленно даю себе по башке – отцепил реально магическую вещь! Стоимостью в миллионы! За две! Тысячи! Рублей! Еще и недоволен!

Расстаемся мы с продавцом редких сувениров довольные друг другом, и я еду в офис.

День проходит в решении миллиона насущных вопросов, связанных с реорганизацией конторы, оформлением учредительных документов и ремонтом. Параллельно я успеваю принимать клиентов и, общаясь с одним из них – мужчиной-юристом средних лет, уверенным в себе и с большим опытом работы, замечаю, что с ним что-то не так. Лишь присмотревшись к профилю, понимаю, что его уровень жизненных сил намного ниже нормального. Пока он изучает договор, я изучаю его. Внешне с ним все в порядке, но что-то неуловимое, ускользающее от моего взгляда, не дает успокоиться. Наконец я ловлю это – небольшую черную кляксу, при определенном ракурсе сливающуюся с его темными волосами. Клякса – элемент интерфейса и «Познания сути», я уверен.

Также я уверен в том, что именно эта черная клякса, непонятно как высветившаяся, причина его недомогания.

— Как вы себя чувствуете? – спрашиваю я юриста, когда он заканчивает с договором и подписывает его.

— Прекрасно! – жизнерадостно говорит он. – А что?

— У вас бывают головные боли?

— Э… Бывают, как и у каждого. Если вы думаете, что…

— Простите. Я вам дам совет, а прислушиваться ли к нему – решайте сами. Сходите к врачу и проверьте голову. Уверен, что головные боли у вас сейчас намного чаще, чем раньше. И пройти обследование надо как можно раньше. Вы меня понимаете?

— С чего вы так решили? У меня все хорошо со здоровьем! Я не пью, не курю, занимаюсь спортом!

— И все-таки проверьтесь. Это никак не относится к нашему договору. Сейчас я дам три вакансии, подходящие вам, – отправляю результаты поиска работы на печать. – И как только вы убедитесь, что вас приняли, сходите к врачу.

Он неуверенно кивает. Я передаю ему распечатанный лист с контактами и описанием вакансий и прощаюсь. Надеюсь, он прислушается.

Вечером мы проводим короткое совещание, на котором Роза Львовна озвучивает финансовые итоги июля:

— Вячеслав передал мне финансовые показатели и кассовую наличность за то время, когда вы, Филипп Олегович, работали сами. За неполный месяц вами трудоустроено сто шестьдесят три человека. Из них тридцать восемь были трудоустроены за фиксированную плату в тысячу рублей. Остальные – по договору с агентством, согласно которому они выплачивают нам десять процентов от оклада. По договоренности, выплаты будут произведены после получения ими первых зарплат, то есть, ориентировочно, в первой декаде августа или сентября, если включен испытательный срок. По предварительным расчетам, доход агентства за июль месяц составит четыреста четырнадцать тысяч пятьсот рублей.