Книга Level Up. Нокаут, страница 168 – Данияр Сугралинов, Максим Лагно

Снова смена позиции: Хаген с такой же быстротой прикрутил на место облицовочную панель и спрыгнул на пол. По коридору уже пошла цепь надзирателей, загоняя заключённых обратно в тюремный блок.

— Ты, камрад, теперь будь осмотрительнее. Наши боссы больше тебя не защищают, так что есть вероятность получить привет от Лоренцо.

— Постараюсь.

— Я, конечно, намекнул им, что если вдруг что сломается, ты сможешь всё исправить, но они не приняли замечание всерьёз. Знаешь же этих юзеров, пока у них всё работает, они и не думают о техподдержке.

Очередные беспорядки так взбесили Блинки Палермо, что он объявил в тюремном блоке бессрочный «локдаун», когда всем заключённым запрещалось выходить из камер. Жизнь резко поменялась. Ни работы в мебельном цехе, ни прогулок и тренировок в тюремном дворе, ни даже телевизора: только четыре стены и твой сокамерник. И это всё двадцать четыре часа в сутки. Но Роман только посмеялся:

— Это прекрасно! Самое время протестировать работу нашего стартапа под нагрузками.

Роман не распространялся, чем был занят на своём серваке. А Хаген следовал заветам Чарльза и не лез в те дела, которые его не касались, чтобы меньше знать, когда кого-нибудь поймают.

Хотя примерно представлял, чем занят Роман: пытается продать свои запасы криптовалюты. Или купить. А, может, и то, и другое вместе, кто его знает.

У боссов банд тоже были припрятаны смартфоны, наверняка они их заранее извлекли из тайников, предполагая, что случится «локдаун». Теперь все инвесторы в стартап Романа Каменева наслаждались круглосуточным доступом в Интернет, совершенно не страдая от тех суровых наказаний, что наслал на них Блинки «Молочный глаз» Палермо.

Ну, а Хаген посвящал внезапно освободившиеся двадцать четыре часа в сутки тренировкам и чтению. Но без пробежки по двору это стало ещё сложнее. Только и оставалось, что до одури отжиматься. На ладонях, на кулаках, на пальцах. На одной руке. На двух пальцах одной руки… Но тренированное тело быстро привыкало к нагрузкам. Отжиматься приходилось всё больше и больше. Было даже смешно представить, что если «локдаун» продлится, то скоро весь день Хагена будет состоять из одной непрерывной сессии по отжиманию. Приходили даже мысли усадить Романа на шею и так делать приседания, чтобы нагрузить ноги, но сокамернику было не до, как он выразился, «этих качелей».

Воспользовавшись предложением Романа, Майк написал всем письма. И дяде, и Веймину, и Гонсало, и даже Эйприл. Правда, именно ей Хаген не знал, что толком рассказать. Про то, как её фотографию чуть не утащил местный дурачок, а он мужественно защитил честь девушки? Хотел ещё вложить и своё фото, но Роман предостерёг:

— Палево!

Ещё он написал Люку «Койоту» Лукасу, но получил стандартную отписку, снабжённую ссылкой на регистрацию на отборочные. Что вообще-то тоже неплохо! Не теряя времени, Хаген зарегистрировался.

И вот дней десять спустя, когда «локдаун» ещё не закончился, Хагена посреди ночи неожиданно повели на деревянный ринг.

Он не знал точно, но чувствовал, что сегодня он будет драться на этом ринге в последний раз.

* * *

Джимми открыл двери, заводя заключённого Майкла Хагена туда, куда арестантов не пускали, то есть в служебные помещения, связывающие тюремные юниты. Почему-то на этот раз его повели не привычным путём, как на работу в мебельный цех.