Книга Level Up. Нокаут, страница 158 – Данияр Сугралинов, Максим Лагно

— Как так может быть? Он же сволочь, а если читать его проповеди, то начинаешь верить. Такие мудрые мысли!

Роман пробежался глазами по первой проповеди, быстро пролистал остальные и бросил журнал обратно:

— Конечно, у него мудрые мысли. Ведь его тексты – сплошная компиляция. Понадёргал умных фраз популярных философов и из руководств по личностному росту. Даже из речей некоторых президентов украл метафоры. Для легковерных последователей и так сойдёт.

— Хм, ты уверен?

— Камрад, не забивай себе мозг второсортным суррогатом, лучше иди в тюремную библиотеку и читай первоисточники. Может, чтение отвлечёт тебя от мордобития.

Дав этот мудрый совет, Роман отвернулся, не желая продолжать беседу. Впрочем, Хагену было, что почитать, и без библиотечного чтива.

Дни потянулись однообразной вереницей.

После первого стресса Хаген привык к жизни в тюрьме. Оказалось, всё не так и страшно и течёт своим однообразным, но понятным чередом: заключённые ели, спали, работали, прогуливались или тренировались во дворе, читали, играли в шахматы или карты, а также смотрели телевизор.

Последнее развлечение было тоже однообразным. В комнате отдыха имелось два телека, установленных на противоположных стенах. Один смотрели латиносы, второй – чёрные. На первом постоянно крутились южноамериканские сериалы на испанском и португальском; на втором гремел музыкальный канал, посвящённый исключительно хип-хопу.

Время от времени противоборствующие группировки телезрителей пытались заглушить звук друг друга, выкручивая громкость на максимум. Но так как это заканчивалось приходом надзирателей и раздачей ударов дубинками, то подобные конфронтации были редкостью. Хаген не мог не отметить, что работа надзирателя напоминала работу вышибалы. Неважно, кто начал первым, важно восстановить порядок. Ну, с той разницей, что любой клиент Блинки Палермо был бы рад, если бы его вышвырнули из этого заведения.

Впрочем, Майк редко смотрел телевизор. Он записался в библиотеку и всё время, свободное от работы и тренировок, посвящал чтению. Сначала он проштудировал список военной академии. Большинства книг в тюремной библиотеке не было, но библиотекарь – бывший журналист, севший за шантаж какого-то политика компроматом, – оценил интересы Хагена и достал эти книги.

Ему открылся удивительный мир военного знания. С одной стороны, всё это вело к одному: смерти и страданию, с другой – нельзя было не восхититься, как точно проработана наука победы одних армий над другими.

Многие тактические приёмы можно было применить и на деревянном ринге: как и на войне, там не было правил. Вообще, Хаген научился драться грязно. Бить в пах, в горло, хватать за части лица, то есть делать всё то, за что его навсегда дисквалифицировали бы в спорте. Соответствующие приёмы даже появились в списке разблокированных. Единственное, чем он себя оправдал, так это тем, что не применял их так часто, как остальные бойцы, да и не вкладывал в эти приёмы очки навыков. Ещё Хаген гордился тем, что он всех приучил начинать бой с приветствия. Теперь любой, выходящий против него, уважительно протягивал кулаки. Хоть что-то он привнёс из мира честных боёв в это бессистемное рубилово.