Книга Крафтер, или Таинственная игра, страница 61 – Данияр Сугралинов

— Антон, помогай! – и рванул на улицу.

Кот запрыгнул ему на плечо, впился когтями так, что Василий прошипел:

— Аккуратнее, лохматый! Прибереги на босса!

На улице Борька, вместо того чтобы отвлечь внимание босса и рвануть на юг, к болоту с крабоскорпионами, пытался расковырять бронированную грудь Змея Горыныча, который на него даже не агрился, продолжал разрушать хижину. Томка, стараясь спасти брата, как могла перетягивала внимание босса на себя – пинала его, обзывала, швыряла в него камни.

— Беги к болоту, дурачок! – замяукал Васька.

— Да ну вас, слабаки! – засмеялся Борька. – Немного же осталось! Н-на, рептилия! Получай, гад паршивый!

Крутнувшись, брат Томки нанес очередной удар, целя в грудь босса, но тот сместился. Из-за этого меч соскользнул, ударив по когтистому пальцу, где чешуя была потоньше, и Змей Горыныч взревел, уставился на жалкую букашку, то есть Борьку, посмевшую его ужалить.

Томка завизжала, когда босс поднял лапу и опустил на голову глупого мечника. Борька слишком поздно сообразил, в чем дело, – собрался убегать, но не успел.

Томка страшно закричала, закрыв лицо руками, Василий и сам зажмурился. Если бы не кот, выпустивший когти в плечо, он так бы и стоял, боясь увидеть страшное.

— Это игра, – промурлыкал Васька. – Открывай глаза, маленький хозяин. А то всем нам конец!

Василий разомкнул веки: от Борьки и следа не осталось, ни капельки крови не пролилось, только меч валялся в странной, похожей на искусственную, траве. Томка бросилась к мечу, подхватила его и с диким криком обрушила на босса. Злость придала ей силы на первый удар, а вот поднять меч удалось уже с трудом. Замахнувшись во второй раз, она чуть не упала и стала использовать меч как копье. Урона, понятное дело, девочка не наносила.

Антон, который, по всей видимости, преодолел свой страх и вышел на улицу, замер каменным истуканом с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью. Василий подумал, что от него проку не будет, но толстяк вдруг забыл, что у него от страха бывает паралич, и пошел на босса с голыми руками.

Ругая босса земляным червяком, Антон пинал его, прыгал ему на пальцы ног, чтобы сломать их, но даже его немалый вес был бессилен против железной чешуи Змея Горыныча, который переключил внимание на Томку. Девочка пока как-то умудрялась ускользать от атак босса, да еще и колотила его мечом куда придется.

Василий ненадолго завис, не понимая, что делать. Нужно спасать друзей, но как? Сделать кинжалы для Томки и Антона, а себе взять меч? Он достал медный слиток и сразу же отмел эту идею – слишком долго, Змей сожрет или растопчет товарищей. Вернуться к изначальному плану с заманиванием босса в болото не получится: друзья вышли из-под контроля и вряд ли его услышат. Смерть Борьки их словно оглушила.

Змей посмотрел на Томку, пытающуюся его проткнуть, странно изогнул шеи, разинул пасти и замер. Василий понял, что он собрался сделать: изрыгнуть огонь, убив и Томку, и Антона одним махом.

— Эй, ящер-переросток! – закричал он, стараясь отвлечь босса.

Но тот не реагировал.

Отчаявшись что-либо изменить, Василий прицелился слитком в глаз Змею Горынычу, замахнулся, вспоминая метание мяча в школе, которое плохо давалось.

— Получи! Тоха, Томка, бегите!

Слиток полетел в Змея Горыныча, у которого изо рта начал идти дым. Но попал не в глаз, а прямехонько в пасть. Василий от досады укусил себя за руку. Томка бросилась наутек, Антон словно не слышал предупреждения.