Книга Пробуждение, страница 143 – Данияр Сугралинов

Пузырь генерировал сферические силовые поля разных диаметров, более или менее стойкие к внешним воздействиям. Он был способен почти мгновенно формировать их вокруг любых объектов на расстоянии нескольких метров от себя и также мгновенно убирать, то есть создавал защитные пузыри, из которых игрок, работающий с ним в паре, мог атаковать противников.

Фокусник умел рассеивать свет вокруг определенных участков, делая их невидимыми. Например, мог превратить в невидимку человека или даже группу плотно стоящих людей. Чем больше участок пространства, который должен выпасть из поля зрения, и чем быстрее нужно передвигать область невидимости, тем слабее завеса, которую создавал Фокусник.

Эти трое имели не очень высокие уровни и быстро выдыхались, но хорошо научились по очереди работать в паре со старшей их группы, Торпедой. Ее талант позволял усиливать атомарные связи внутри небольших участков, спрессовывая материю в очень крепкие и острые колья, которыми Торпеда могла выстреливать в противников. Вроде бы она умела создавать даже песочные и водяные колья.

Таймсквер встал с табурета, подошел к столу с проектором и повернулся лицом к нам.

— У кого какие вопросы?

— У меня, – сказал я. – Два. Разве у нас на складе нет оружия? Я имею в виду – обычного. Мы можем взять его и расстрелять псов. Пока на шум прибудет полиция, успеем уехать оттуда с Трезубцем.

Соник громко хихикнул, и я смолк. Воцарилась тишина. Пух покачал головой, а Скрай сочувственно сказал:

— Ну ты даешь, Найт. Ничего-то ты не знаешь, Джон Сноу.

— Чего не знаю? – спросил я.

— Как-то забываю, что ты еще совсем зеленый, – заметил Таймсквер. – Тебе никто не успел сказать, что Мета наказывает за использование огнестрела?

— В смысле наказывает?

— Сначала снижает рост показателей, а потом и вообще начинает опускать в уровнях, – пояснил Умник.

— Но почему?

— Кто знает… – пожал он плечами. – У меня есть теория, что Мета заточена под личностный рост. Поощряет развитие тела и ума. А огнестрел – это… В общем, если ты начинаешь больше полагаться на него – ты меньше полагаешься на себя.

— Поэтому мы не используем огнестрел, – заключил Тайм. – Не только в разборках между собой, вообще стараемся не трогать такое оружие. Если случайно ранить или, тем более, насмерть подстрелить кого-то… Никто из нас не умеет толком стрелять, потому что никто никогда не тренировался. В клане стволов нет ни у кого, и сейчас я не успею ничего раздобыть. Какой второй вопрос?

— Второй вопрос – о твоем таланте. Я один раз видел его в действии, но точно не понял, что это было. У меня такое ощущение, что в Мете не принято прилюдно распространяться о своих талантах…

— В чем вопрос, Найт? – сузив глаза, спросил Таймсквер.

— Ты умеешь очень быстро двигаться?

Он отрицательно качнул головой:

— Нет, я торможу время.

— Вот так! – кивнул Скрай с некоторой гордостью за клан-лида.

— Можешь объяснить подробнее? – осторожно спросил я. Такая способность казалась невероятной.

— Объясняю… Я могу замедлять течение времени в несколько раз на узком участке длиной до нескольких метров прямо перед собой. И при этом сам двигаться внутри этого участка с обычной скоростью.

В этот момент я вдруг понял смысл игрового прозвища нашего клан-лида.

— Это… ну, по-моему, это очень круто, Тайм!