Книга Вида своего защитник, страница 91 – Данияр Сугралинов

— Неважно, — сказал я. — У меня есть четкие координаты места, куда отправился шаттл юяй, похитивших моих друзей. У меня есть монеты. Вы можете мне помочь в поисках? Ни я, ни Беверли не являемся пилотами.

— Я помогу, — просто ответил Ри’кор. — Как ты понимаешь, хомо, у меня к юяй личные счеты.

— Позвольте… — неуверенно заговорил кур’лык. — Я вам, конечно, благодарен за наше освобождение, но ведь это опасно! Вам нужен боевой…

Не слушая его, я направился к шаттлу. Лекса за спиной приказала пленникам следовать за мной. Я поверил им, но их история породила больше вопросов, чем ответов. К тому же вспомнилось, как Лекса, когда была для меня еще Беверли, рассказывала о юяй, что они всегда появляются на Сидусе парами, и никогда на станции их не бывает одновременно более двух. А еще они всегда скрывают лица капюшонами. Последнее объяснимо, а вот про то, что они появляются всегда по двое… А что, если это одни и те же юяй? Прилетают на Сидус, закупают, что могут, похищают двоих, а если повезет, как с Малышом Шаком и Юто, которые привели им еще и Хоуп с Ирвином, то четверых, и… Черт, а что дальше-то? Зачем им столько похищенных?

Загадка не давала покоя, даже когда мы взлетели с этой чертовой планеты. Шаттлом управлял Ри’кор, опустив руку-крыло в свое «ведро с цементом» слева от обзорной панели. Как я и думал, так реализовывался интерфейс управления летающей тарелкой.

Инстинктивно я все ждал, когда нас атакуют «листья», хотя знал, что после того, как матриарх спиннеров была сильно изранена, ее вторая линия потомства полностью вымерла. Но ничто не помешало нам в считанные минуты достигнуть орбиты Агони и начать сближение с огромным куском астероида, в тени которого, как объяснил пилот да’ари Ри’кор, скрывается тот самый фрегат.

Приблизив летающую тарелку к нужной точке, Ри’кор замер, закрыв глаза.

— Что происходит? — поинтересовался я, сидевший справа от него. На задних креслах расположились Лекса и Тензин Конгбу.

— Тихо, хомо! — проверещал пилот. — Я пытаюсь выйти на мысленную связь с фрегатом и приказать ему проявить себя. И моли своих богов, чтобы мне удалось, иначе мы застряли в этой системе…

Ответ вызвал у меня новые вопросы, но теперь на меня зашикала еще и Лекса.

— Доверься ему! Ри’кор знает, что делает!

Я вспомнил, что она говорила, что знает этого да’ари, что у нее с ним есть общий знакомый. Это не очень сочеталось с тем, как они общались на поляне, но зная импульсивность девушки, это было объяснимо.

Через несколько минут да’ари сместил шаттл на пару километров правее, и перед нами, проявляясь пятнами, материализовался большой космический корабль очень необычной формы — будто два полупрозрачных серебристых барабана, насаженных на одну ось. Барабаны вращались в противоположные стороны.

— Ой… — выдохнула за спиной Лекса.

— Вот именно, — сказал Ри’кор. — Думал, мне привиделось, но это точно он. Мы нашли его!

Не понимая их диалога, я обернулся и спросил:

— Он?

— Он, — кивнула Лекса и показала мне на обзорную панель. — Смотри!

Мы приближались к стыковочному модулю, двигаясь вдоль борта фрегата — нижнего барабана, на котором я увидел огромные руны как из голофильма о викингах.

Я навел земной комм на них и запросил перевод. Комм вывел: «Слейпнир».

Если я не ошибаюсь, так звали восьминогого коня Одина, всеотца всех богов и людей, хозяина Вальхаллы и повелителя валькирий.