Книга Маджуро, страница 45 – Данияр Сугралинов

Стоявший за дверью прислушался. Он, по-видимому, осознал содеянное и теперь трясся от страха. В доме целителя строжайше запрещалось нарушать покой хозяина. Случись даже пожар, наводнение или черная оспа, никто не смел отрывать господина от дел.

Отчаянный стук в дверь сменился робким поскребыванием. Да уж, хуже явно не будет. Еще вчера Ядугара, в зависимости от настроения, за подобную провинность мог бросить на несколько часов в подвал.

Сегодня все было иначе. Кто бы ни стоял за дверью, Ядугара ограничится парой плетей.

Он одернул края шелковой пижамы и, распахнув дверь, увидел покрасневшие заплаканные глаза малышки Рейны.

— Что произошло, девочка?

Девушка судорожно сжимала кулаки на груди, стараясь собраться с духом, но трясущаяся нижняя губа и примерзший от страха язык ее не слушались. Ядугара понял, что случилось непоправимое, и у него заколотилось сердце.

— Ну же, говори!

— Кора… Она…

Прекрасное настроение стремительно слетело с отвесного склона в обрыв. Нахмурившись, Ядугара сдвинул Рейну в сторону и крикнул низким рокочущим голосом на весь дом:

— Пенант! Старший ученик! Разрази тебя бездна! Быстро сюда, пока я не спустился сам и не оторвал твою тупую башку!

— Его нет… — заикаясь и размазывая сопли, выдавила Рейна.

— Да успокойся же ты! — Ядугара схватил ее за плечи и хорошенько встряхнул.

Девушка, пару раз клацнув зубами, сглотнула и, казалось, пришла в себя. По крайней мере, ступор прошел, и она затараторила:

— Я принесла ей обед, как вы велели, господин! Клянусь Пресвятой матерью, я…

— Прекрати! — Целитель брезгливо и нервно вырвал руку из цепких лапок девушки. — Кому «ей»?

— Девчонке! Сестре твари! Я сделала все, как вы хотели, господин! Ее нет! Она… Она…

До Ядугары начало доходить, что столь желанная гостья, пренебрегши гостеприимством хозяина, покинула его уютный дом.

— Что?! — взревел целитель. — Что она?

— Она… сбежала.

— Дура!

Ядугара оттолкнул любовницу к стене с такой силой, что та, ударившись затылком, тяжело осела на пол. Не обратив на это внимания, он уже бежал через две ступеньки вниз, рыча и нервно дергая полы развевающегося, трещащего по швам шелка.

Кровавая пелена застилала ему глаза. Если девчонка что-то заподозрила, то мало того, что они упустили донора, так теперь и Ленц может все узнать! За ужином идиот Пенант проговорился, что Луку отвезли во дворец, и если сестра пошла к брату, то не видать Ядугаре и этой донорши!

Тупицы! Он разрежет их всех скальпелем на маленькие кусочки и скормит чинильям. Ничего нельзя доверить! Почему его не разбудили? Да провались оно все! Где все?

Дом словно вымер.

— Кто ее упустил?! — заорал Ядугара. — Пенант, гаденыш, придушу!

В ответ не донеслось ни звука. Мужчина выбежал на крыльцо. Солнечный свет на мгновение его ослепил, прохладный влажный порыв ветра дал отрезвляющую пощечину. Пелена ярости спала.

Сжав и разжав несколько раз кулаки, Ядугара выдохнул и пошел обратно наверх добиваться правды от единственного свидетеля произошедшего.

Кора остановилась. Бок кололо. Свист вырывался из легких. Сбитые о брусчатку пальцы босых ног горели огнем.

Что делать? Куда бежать? Домой нельзя — там будут искать в первую очередь. Там же мама! Хотя она в лихорадке и без сознания. Эти побрезгуют и не притронутся к ней.