Книга Маджуро, страница 157 – Данияр Сугралинов

Самой большой проблемой стало обезвоживание. Частично ее удалось решить за счет поглощенной рептилии, но человеческое тело слишком хрупко и неэффективно, чтобы сохранять жизнедеятельность в такой среде и с такими исходными данными.

Новая среда обитания была крайне агрессивна: жесткая радиация, палящее солнце, хищные плотоядные, отсутствие воды. Сложностей добавляли ампутированные конечности и штрафы Колеса. Одна за другой гибли клетки, и способность не справлялась — лучевая болезнь, проклятие Двурогого, набирала обороты, каскадно поражая орган за органом, и если бы не огромные запасы жира, бешено расходуемого на обновление тканей, даже метаморфизм не сохранил бы жизнь Луки.

Обеспечить страннику выживаемость было сложно и ресурсоемко. Стоит ли валяться здесь долгие недели, пока метаморфизм, используя все доступные резервы, восстановит тело? Наследие странника советовало остановить эту жизнь и начать новую.

Но Лука отказался перерождаться. Пока оставалась надежда, что Кора жива, он должен бороться. Он волновался за Гердинию, она добила Давена, и, скорее всего, ее уже нет в живых. Убитого сына барон вряд ли ей простил.

Мысль о том, что конкретно случилось в замке, не отпускала Луку, он строил догадку за догадкой и прервался только на то, чтобы поймать и поглотить слетевшихся к нему стервятников-мутантов.

Метаморфизм изучил эту форму жизни и взял на вооружение особо удачные мутации. Получив одобрение странника — а Лука был согласен на все, лишь бы еще раз увидеть родных, — он активировал процесс преобразования, приняв пожелание носителя: сохранить, хотя бы внешне, человеческий облик.

Не хватало органики, но зато в изобилии был иридий. Тело прямо-таки покоилось на его залежах. Способность предложила взять его за основу скелета, Лука принял и это.

Новая форма не ограничивалась органикой и использовала кремниевые нервные волокна. В голове бил набат, зрение туманилось, а потому, даже не читая, какой материал предлагает способность для мышечной массы и кожи, Лука дал добро.

Из очередного тупого беспамятства его вывел взорвавшийся прямо под ним фонтан песка. Взлетев на высоту человеческого роста, Лука ощутил, как переворачивается. В краткий миг падения увидел, что летит в чудовищную пасть, ощерившуюся бесчисленными рядами зубов. Он не видел ничего, кроме этого распахнутого рта, откуда выплескивалась смердящая слюна. Тело твари скрывалось под песком.

Свалившись в пасть, он в панике активировал боевую форму и приготовился разодрать гада изнутри на лоскуты даже ценой собственной едва теплящейся недожизни. И ему удалось.

Метаморфизм нейтрализовал едкую слюну и вогнал в тварь сотни симбиотических нитей, взяв под контроль нервную систему. Песчаный то ли червь, то ли жук коротко застрекотал и издох.

К следующему утру от него мало что осталось — в ход преобразования пошло все. Кроме того, монстр дал много информации. Проанализировав ее, способность взяла на вооружение не только телескопические, выстреливающие на два десятка локтей хитиново-вольфрамовые конечности жука, но даже его едкую слюну. Состав был оптимизирован, а формула внесена в боевой арсенал. В приоритете способности была выживаемость странника, а изменившаяся среда обитания требовала больших преобразований.