Книга Голодные звёзды, страница 99 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

По подбородку, по лицу потекла горячая щекотная пена из легких. Кашель спровоцировал приступ рвоты. Перед глазами качалась муть, вспыхивающая фрагментами калейдоскопа.

И тут — вспышка.

Перед глазами мелькнуло полотно текста системки, который я уже не понимал, потому что по телу прокатилась судорога и я вырубился.

Лиза всегда считала, что у нее очень сильный ангел-хранитель. Ну, или она просто любимица Фортуны — никто ведь не знает, как все на самом деле. Потому что по всем законам вероятности все в ее жизни должно было сложиться по-другому.

Детство до пяти лет Лиза помнила плохо. Точнее, память просто изолировала неприятный фрагмент жизни: пьяная мать, грязная прокуренная квартира и голод. Вечно изматывающий голод и холод, потому что все, что можно было отключить за неуплату, в квартире отключили. Еще помнила запах: смесь дешевого табака и старой капусты на коммунальной плите.

А потом вдруг оп! И все хорошо. Вокруг чистенькие, ухоженные дети, говорят что-то, а Лиза пугается, не понимает их, мама — настоящая добрая мама Лида — объясняет, что эти дети говорят на другом языке, скоро Лиза научится их понимать. К Рождеству первого года в Голландии Лиза уже бегло отвечала по-нидерландски.

Следующее воспоминание — огромное соленое море. Вода попала в глаз — больно, щиплет! И ярко-розовый надувной круг. Мама и папа улыбаются.

Отец рассказал, как Лиза попала к нему. При разводе ребенка оставили с матерью, Лизе тогда было два года, и отец уехал за границу. А потом вдруг узнал случайно, что от переохлаждения Лиза заболела пневмонией и была при смерти. Он вернулся за ней, оплатил лечение и увез, когда мать лишили родительских прав. Была еще тетка, ее Лиза помнила — она все время визжала и ругалась, но Лизу отдали отцу — точнее, его жене Лидии, у которой не было своих детей, и она баловала падчерицу как могла.

Лучшие школы, курорты, игрушки — семья жила хорошо, отец был программистом, переезжала из одной европейской страны в другую, и везде у Лизы появлялись друзья.

Повзрослев, она долго искала себя, пробовала разные религиозные течения, жила то в Индии, то на Алтае, то уходила в монастырь. В итоге вступила в партию зеленых, а потом разочаровалась, понимая, что за всем этим стоит все тот же мировой капитал и бежать некуда, успокоилась, выучилась на психолога. Помогая людям, купаясь в их проблемах, сама загрустила и поехала на Филиппины. Каждое новое увлечение длилось у Лизы примерно два года, потом она его меняла, не разочаровываясь, а перерастая. Что касается мужчин, она многим нравилась, но ни к кому не привязывалась по-настоящему. Слушала, как влюблялись подруги, какой вихрь эмоций испытывали, и завидовала, потому что так не умела. Все у нее было будто не по-настоящему, слишком поверхностно и легко.

На Филиппинах начался настоящий ад, но ей повезло: она не только сохранила душу, но и выжила! При том, что никогда в жизни не била людей и ненавидела насилие. Второй раз повезло, когда она стала контролером. Но Лиза не умела командовать людьми и своим неприятием насилия чуть не довела ситуацию до катастрофы.

Понимала, что надо действовать, развиваться, но боялась и ничего с собой поделать не могла. А потом — Денис, самодур Папаша и чудесное избавление.