Книга Рай накануне, страница 22 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Макс вздрогнул, как от подзатыльника, обернулся. «Мышь беременная», — вспомнил я вчерашние мысли, зашагал к нему, потряс его вялую потную лапку.

— Привет, земляк. Тут такое дело… Мне помощь нужна. Сказали, только ты можешь помочь.

— Че такое? — настороженно спросил он, снова и снова вытирая о штаны потные ладони.

— Девушка в опасности. Блондинка, приехала с группой туристов. Я слышал, что группа русских бандитов хочет ее похитить. Один лысый, здоровый такой, второй с бородкой, в татухах весь, — я описал Папашу и Волошина. — А девушка блондинка с короткой стрижкой, Машей зовут. Надо найти ее и предупредить. А где она — хэзэ. Поможешь?

— Напиши в полицию, — пробормотал он. — Сведения о жильцах конфиденциальны!

— И что я скажу в полиции? Я тех чуваков впервые вижу и не знаю, откуда они. Хочешь, денег дам? Ну реально надо!

Я отсчитал пятьсот баксов, протянул Максу. Он открыл рот, выпятив огромные резцы, закапал слюной на деньги.

— Ну хошь, я паспорт покажу? В моих мыслях только добро, клянусь! Ну, помоги, брат!

Макс потер подбородок и кивнул.

Секунды за три жадность победила инструкцию, что данные посетителей конфиденциальны. Видимо, они одной с Кариной породы. К тому же Филиппины — страна коррумпированная, тут взятка — это норма.

— Ладно, ладно, только тихо, — зашептал он, сгреб купюры, воровато огляделся и кивнул на дверь в свое логово.

Мы вошли в серверную, где Макс преобразился, стал уверенным и важным, метнулся к одному из экранов, подвигал мышкой, оживляя его.

— Мария… посмотрим… гостей с таким именем двое. Шевченко? Триста двенадцатый, второй этаж, восточное крыло.

— Триста двенадцатый, — повторил я. — Макс, ты святой человек. Можешь записать на свой счет спасенную жизнь.

— Да лан. — Он зарделся, проводил меня к выходу и долго смотрел в спину.

Шагая прочь, я думал, что завтра в это же время он будет сидеть в серверной и трястись, слушая, как в дверь скребется лишившаяся души горничная.

Триста двенадцатый нашелся быстро. Я постучал, но никто мне не открыл, что неудивительно. Однако за глазком я уловил движение.

— Кто? — спросили знакомым голосом.

Будто приоткрылась дверь в несвершившееся, и оттуда потянуло холодом.

— Маша, открой, пожалуйста. Есть разговор.

— Если ты от Еремея с его «раскройся миру», то иди в баню, — сказали из-за двери. — Я ясно дала понять.

— Я не от Еремея. Я муж той дуры, что слюни по нему пускает. Очень нужна твоя помощь.

Давай, Маша, действуй! Тебе нравится помогать людям и животным. Щелкнул замок, дверь приоткрылась, и Маша шагнула ко мне, не пуская меня внутрь, запрокинула голову. Глаза с прищуром, короткая стрижка, пирсинг. Она оставляла впечатление хитрой и немного вздорной… и одновременно очень нежной.

— И чего тебе надо, муж дуры? — спросила она с легкой иронией.

Чем-то Маша сейчас напоминала кошку, трогающую лапкой игрушку.

— Нанять тебя на день. — Я показал пустые ладони, потом достал из кармана пачку. — Плачу налом, вперед. Работа простая: быть рядом со мной до вечера. Если быть точнее, до 23:30.

Видя, как округляются ее глаза, я примирительно вскинул руки:

— Никакого интима! Мы будем имитировать пару. Так скажем, ты на время займешь место Карины. Понимаю, что это попахивает шпионскими играми, но — никакого риска. Единственный риск — скандал с Кариной, но я постараюсь его избежать.