Онлайн книга «Ночь хищников»
|
Третий выстрел из вражеского «Граммофона» я увидел до того, как заметил вспышку — визг разогретого воздуха, и луч ударил в купол левее, чем первые два. НЕХ, сто пудов! Менял позицию каждый раз, в рот ее чих-пых. Четвертый раз он выстрелил вообще с юго-востока, и между ним и пятым я успел вытереть пот со лба — ладонь оказалась в грязи, смешанной с чьей-то черной кровью, и когда это меня забрызгало, я даже не заметил. Пятый выстрел ушел мимо, срубив верхушку пальмы, а шестой влепил точно в купол, и ремонтный дрон метнулся к месту попадания, истерично жужжа. Скейр стрелял и перемещался, стрелял и перемещался, а мы сидели и ждали. Купол слетел до 52 %. Да, дрон латал, но не вытягивал. И становилось все очевиднее, что в такой пассивной защите нам кирдык, потому что без купола скейр нас перебьет, как лиса — кур в курятнике. «Тетыща, — написал я в чат. — Бери Галю, двоих вояк. Идите и найдите эту тварь. Нужно связать ее боем, чтобы я перехватил контроль над бездушными». «Понял», — коротко ответил тот. Я все еще был убежден, что скейру нужен я. Вернее, моя голова. А значит, без необходимости он не тронет моих людей. Тетыща, Галадриэль и двое людей Диего ушли в джунгли через южный периметр. Минут через пять Тетыща отписался: «Группа бездушных, восемь штук. Зачищаем». Еще через семь: «Опять группа. Шесть». Потом он замолчал, но метка на карте показывала, что он жив и здоров. Седьмой выстрел, восьмой — оставалось 43 % купола. «Стражи» захлебывались, переключаясь между зомби. Одновременно семерка бездушных с юга — бегуны, щелкун и тошноплюй вперемешку — пулеметчик на одной из машин дал длинную очередь, разнес четверых, остальных добили «Стражи». И тут пришло от Тетыщи: «Зомби везде. Каждые сто метров группа. Зачищаем — теряем след. Галя берет снова — скейр сменил позицию. Не успеваем». Ожидаемо. Скейр расставил бездушных заслонами: пока Тетыща возится с очередной группой, тот уходит дальше и бьет по куполу с новой точки. Мог бы, кстати, вообще свалить — напарник мертв, локация горячая, зачем оставаться? Добыча? Гордость? Самоуверенность? Или скейры в принципе не отступают? Я слишком мало знал про эту расу, чтобы делать выводы. Прикрыл глаза и сосредоточился. Нити. Десятки нитей, тянущихся от бездушных куда-то на юго-восток. «Сокрытие души» позволяло их чувствовать — за каждым зомби ниточка, и все они сходились где-то в зеленке, у скейра. Перехватить невозможно, разница в восемьдесят уровней. Но! Когда НЕХ стреляла, нити дрожали. Я заметил это еще при первом выстреле, а теперь проверял сознательно. Девятый выстрел излучателя по куполу, и пять-шесть периферийных ниточек провисли на секунду. Скейр переключался на оружие, и контроль над частью орды слабел. Секунда, может полторы — мало. Но если заставить его не просто стрелять, а драться, уворачиваться, отвечать на удары, нити провиснут дольше. Может, на три секунды, может, на пять. И тогда я перехвачу мелочь: развившихся шаркунов, бегунов, крикунов, ползунов, щелкунов. Амбалы и тошноплюи вряд ли отдадутся — привязаны слишком плотно, а Костегрыз тем более. Но штук десять-двадцать пушечного мяса из пешек НЕХ выдернуть — уже кое-что. Без живого щита из зомби ему придется подставляться под нашу технику. Я открыл клановый чат. |