Книга Безымянный клан, страница 45 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Я открыл клановый чат, чтобы скопировать то же самое письменно, открыл непрочитанные письма и обнаружил весть от Сергеича:

«Ден екмакарек это что-же у нас почта образовалась?»

Н-да, орфография и пунктуация авторские.

«Да, Пролетарий, мать тебя! — ответил я. — Что там у вас происходит?»

Ответ пришел мгновенно:

«П… ц происходит вот что! Всех перебили. Я как крыса прячусь. Зря наверно я тебе это написал ты типерь не прейдеш».

«Сейчас всех соберу на совет, и расскажешь», — написал я.

И тогда Сергеич сделал то, что умел делать лучше всего:

«Тут блин, такое! Такое! Давай скорее вдруг подохну!»

Заинтриговал.

«Что происходит, мать твою так? Сергеич? Пролетарий, але!»

Ответа не последовало, а я поймал себя на том, что в голос ору, словно Сергеичу это поможет меня услышать.

«Сергеич, не томи», — написал Рамиз.

«Дед, вот приду в этот твой Хреноблок, хрен тебе оторву», — это Вика.

— Вот же козлина! — выдохнул Макс. — Издевается, что ли?

Он сразу же скопировал свои претензии в чат, и Сергеич ответил:

«Бежим. Не отвлекайте. Сама ты бабка Вичка».

«Что с „Ковчегом“? — написал я. — Где бежите? От кого, что с тобой?»

«От зомбей. Ща».

И снова тишина. Соклановцы начали бомбардировать чат вопросами, но я прикрикнул на них:

— Тишина в эфире! Пока запрещаю вам писать Сергеичу и отвлекать его. Узнаю, кто в личке его дергает, башку сверну. Непонятно, что ли — он в опасности.

— Жрать охота, — невпопад пожаловался Эдрик.

Все смолкли, и в этой тишине закурлыкали животы.

— Это да, — подтвердила Керстин. — Сегодня мы только завтракали и целый день бегали по джунглям от бездушных, стрессовали.

— Я так вообще раненый был, — сказал Макс и кивнул на доктора Рихтера. — И он вот. Голова кружится, жуть. Если не поедим, то я кого-нибудь точно сожру.

— На кухне что-нибудь было? — поинтересовался Рамиз с надеждой.

— Ничего, только техника, — ответила Вика. — Это тебе не скатерть-самобранка.

— А биосинтезатор? — спросил Рамиз.

— Так надо его заправить, — ответил я, изучив описание девайса. — Еды у меня немного: сахар, рис, консервы — тунец и морские гады. Если все это смешать, получится условно съедобная рисовая каша. Еще есть элитный алкоголь и консервированные ананасы. На два раза должно хватить.

— Все, блин, тут гниет, — пожаловался Макс. — Давайте хоть такую хавку зафигачим. И я б бухнул, стресс снял.

— Тут каждый день — один большой стресс, — проговорила Элеонора. — Давайте спустимся, приготовим. Питаться надо. Произошедшие с нами изменения бешено разогнали обмен веществ, у меня в восемнадцать лет такой фигуры не было.

Элеонора покрутилась, подняв руки. Роста она была невысокого, ее тело напоминало фарфоровую статуэтку. Ну никак у меня не получается воспринимать эту Элю и ту пухлую одутловатую Элеонору из прошлой жизни.

— И вообще, — продолжила она, — хватит ныть! Мы в тропиках, тут растут манго и бананы, и деликатесы под ногами бегают. Мидий, опять же, можно нарвать.

— И тебя там, в воде, сожрут зомби, — сказал Макс.

— Не сожрут, — мотнул головой я. — Прикажу ихтиандрам, которые меня привезли, вас не трогать и отгонять конкурентов — и вуаля! Океан чист. Только кто ловить и собирать будет?

— Я! — вызвалась Вика. — Только научите меня. Кто сможет?

Все смолкли. Я скосил глаза на Эдрика, который сделал вид, что не слышит вопроса, на Эстер — она отрицательно помотала головой — а остальные… Все-таки мы не дети морей, а морская рыбалка — это вам не речная, это другое искусство, не говоря про подводную охоту и ловлю крабов и кто тут еще водится.