Книга Несущий свет, страница 116 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Второй уровень Крошу я купил не думая.

Котенок, дремавший на коленях, вздрогнул, потянулся и снова уснул. Ничего в нем внешне не изменилось, а очки характеристик за левел-ап, если и были выданы, скорее всего распределились автоматически. Системе виднее, что важно для кота.

Крош, детеныш кота 2-го уровня

Питомец чистильщика Дениса Рокотова.

А вот насчет таблетки… Почти до конца своей смены я колебался, стоит ли тратить штуку на таблетку, и дело было не в стоимости. При смерти все отдашь, чтобы исцелиться. Дело было в том, что мне тупо было негде хранить ее. В кармане, чтобы всегда при себе? Под первым же ливнем не промокнет? А если так, то не потеряет ли свойства?

В итоге плюнул и купил. Осталось 1186 уников.

Рассмотрел чудо-пилюлю. Выглядела она как маленькая пластмассовая пуговичка, только без дырок, да и наощупь казалась такой же. Нет, эта не растает. Спрятав ее в карман, я решил подумать о более серьезном месте хранения завтра.

А в час ночи с трудом растолкал Сергеича, передал ему вахту и провалился в сон.

Когда я проснулся, все еще дрыхли, кроме Сергеича. Мурлыкая что-то себе под нос, плешивый электрик протирал детали разобранной бензопилы.

В прямоугольное зарешеченное окошко, расположенное под самым потолком, лился сероватый свет. «В такое зомби не пролезут», — первое, что пришло в голову. Второе: «Вроде на улице завывает меньше».

Сделав такие утешительные выводы, я заворочался, потянулся и шумно зевнул, привлекая внимание Сергеича.

— Ну вы, блин, на пожарника сдали, — проворчал он, сложил разобранную бензопилу на стол и постучал по часам на запястье. — Десять утра!

Он принялся расталкивать Макса и Эдрика.

— Рота, подъем! Подъем, вашу мать!

Не добившись результата, он выбил кресла из-под их вытянутых ног, и парни разлепили веки.

— Пилят! — блеснул знаниями русского Эдрик.

Мужики расхохотались, а мне неловко стало. Ребенок же совсем, а эти двое его всякой похабщине учат. Хотя… Слово пацан подобрал под ситуацию мастерски.

Сергеич так хрюкал, когда смеялся, что мне подумалось — он и есть учитель русской словесности юного филиппинца. А отсмеявшись, скомандовал:

— Надо запускать электричество. И так времени сколько потеряли!

— Ну так запустил бы, пока мы спали, — ответил Макс, потирая заспанное лицо.

— Так а я вас оставить не мог, вдруг зомби очухались бы? — Сергеич развел руками. — Похоже, их тута просто нет, окна-то высоко и маленькие, но проверить-то всю станцию я не могу. Так что живем пока тут.

— А буря? «Кали»? — пробормотал Макс, протирая глаза. — Что там?

— Я тебе что, программа «Новости»? — начал закипать Сергеич. — Буря ревет, но меньше. «Кали» там, мы — тут. И вообще, вставай! Давно уже поправился, а все косишь под больного!

Но Макса так просто с нытья было не сбить, он, как обычно, искал подвох.

— Не, Сергеич, погоди. — Он встал и натянул штаны. — Говоришь, будем тут жить, а че будем делать, если Волошин сюда нагрянет со своим «Секатором»?

Электрик помрачнел, задумался. Против «Секатора» и огнестрела наши металлическая дверь, ножи да сломанное копье не пляшут, конечно, но…

— Трубы вентиляции, — предложил я. — Видели, какие они здесь? Надо подыскать подходящую, через которую можно уйти. А так… забаррикадироваться и положить у входа тот обглоданный труп — пусть думают, что это не мы, а он тут жил да не выжил.