Книга Двадцать два несчастья. Том 15, страница 32 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Творог

Масса порции: 150 г.

Основные вещества: вода — 110 г; казеин — 25,5 г; сывороточные белки — 1,5 г; триглицериды молочного жира — 7,5 г; лактоза — 3 г; молочная кислота — 0,9 г.

Кальций в составе солей — 180 мг; фосфор в составе фосфатов и белков — 285 мг.

Взаимодействие с организмом:

Казеин переваривается постепенно, снабжая организм аминокислотами в течение нескольких часов. Из них строятся и обновляются мышечные волокна, ферменты и антитела. Сывороточные белки усваиваются быстрее и дают первую порцию этого строительного материала.

Кальций и фосфаты используются для обновления костной ткани. Кальций также участвует в сокращении мышц и передаче нервных сигналов.

Молочный жир дает энергию и помогает усваивать жирорастворимые витамины. Лактоза расщепляется на глюкозу и галактозу, которые организм использует как топливо.

Совокупное действие: поступление 27 г полноценного белка и около 190 ккал энергии, длительное насыщение.

Творог как творог. Эта привычка ничего мне не стоила, а спокойствия давала на весь завтрак.

Вошел Чепайкин. Отдуваясь, поздоровался, уселся за стол напротив меня и проворчал:

— Аленушка, а плесни-ка и мне чайку, что ли.

— Сейчас, — сказала она и принялась хлопотать вокруг ворчливого старика.

— Как дела, Арсений Лукич? — спросил я.

— Как сажа бела! — хохотнул он. — Деньги, как вода, плывут неизвестно куда!

— Делай деньги, делай деньги, а остальное все дребедень! — моментально подтвердил Пивасик из холла, куда после проверки переехала его этажерка.

Я улыбнулся. Такие милые семейные перепалки в последнее время случались при мне все реже и реже, и я, честно говоря, по таким моментам даже скучал.

— Так ты, Сергей Николаевич, о моей просьбе ведь не забыл, я надеюсь? — хитро прищурившись, посмотрел на меня Чепайкин, который явно решил воспользоваться моим благостным расположением духа.

— О чем? — прикинулся валенком я и торопливо перевел все свое внимание на творог в тарелке.

— Ну, дык я же все по поводу порошка этого, — понизив голос до громкого шепота, подмигнул мне Чепайкин, — давай скормим Зинке, а? Вот с нее бы надо начать. А то ты представляешь, сунулся я было к ней, надо было в долг взять кое-чего, так она уперлась и не дает… мымра!

— Так вы же пенсию получаете, — удивился я.

— Э-э-э-э, милок, — проворчал он, — пенсия! Знаешь, как нынче в народе говорят? Дожить до пенсии — мечта, прожить на пенсию — искусство! Пенсия-то она есть, а проживи-ка на нее.

— А что же вы такое покупаете, что вам пенсии не хватает? — спросил я. — Билеты спортлото или кадиллак новый по случаю решили приобрести?

— Ага, кадиллак… — вздохнул Чепайкин и пригорюнился.

— Ну же, Арсений Лукич, не томите.

— К свадьбе я готовлюсь, — тихо признался он и покраснел. — Хотел своей бабе на свадьбу красивую диадему с вуалеткой подарить. И чтоб камушки там такие блестящие были. Я на картинке видел, там девка была, и вот у нее такая же херня на голове торчала. Ох и красиво, мочи нет. Сам подумай, как бы хорошо моей Нинке в такой вуалетке с диадемой было!

— Вот дурень старый, — проворчала со стороны Алена Петровна и аж сплюнула с досады. — Нафига Нинке в Морках такая вуалетка? Ты хоть представляешь, куда она в ней ходить-то будет?

— Это наше дело, куда! — насупившись, отрезал Чепайкин. — А вот на картинке была диадема с вуалеткой, и значит, пусть у Нинки такая же будет. Чем она хуже?