Книга Двадцать два несчастья. Том 14, страница 64 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Я понимал. Сам после того, как тот же Зарипов меня подставил, первые дни отработал в неотложке и знаю, что это такое. Ту же Лейлу привезли именно туда. Поэтому я сказал с максимальным равнодушием в голосе:

— Сочувствую.

От моего «сочувствия» Рамиль аж дернулся, но все-таки нашел в себе силы сказать:

— Так что, возьмешь меня в санаторий?

И я выдал единственно возможный ответ:

— А не пошел бы ты, Рамиль, на хрен! — И с чувством выполненного долга повернул в сырные ряды. Мне захотелось деревенского творожка со сметанкой.

Домой я вернулся слегка на взводе. Этот вроде бы пустяковый разговор вымотал так, словно я разгружал вагоны с цементом. Все-таки нет предела человеческой наглости и беспардонности.

Но тем не менее я разделся, принял душ и начал готовить себе обед.

Когда я уже крошил зелень на суп, в дверь позвонили. Я подошел и посмотрел в глазок, теперь уже удобный и широкий, и увидел, что за дверью мнется Танюха. Открыв дверь, я радостно улыбнулся.

— Привет, — сказал я.

— Серега! — Она хотела броситься мне на шею, но в руках у нее была кастрюлька, поэтому ограничилась тем, что вручила ее мне и сказала:

— Там вареники, еще типа теплые. Пошли на кухню и будем дегустировать. Я что, зря их все утро лепила?

Не послушаться было невежливо, поэтому я затопал на кухню. Танюха закрыла дверь и последовала за мной. Когда я поставил кастрюльку на стол, она наконец радостно меня обняла и сказала:

— Ну че там, рассказывай.

Я начал рассказывать:

— Во-первых, Таня, хочу тебя похвалить. За идеальный вкус.

Танюха вспыхнула от удовольствия — похвалу она любила.

— Да что там, — засмущалась она.

— Нет, нет, ремонт просто замечательный, — сказал я. — Все так со вкусом подобрано, так красиво и удобно. Потрясающе! Ты умничка!

— Еще бы, — хихикнула Танюха.

— А теперь признавайся, — строгим голосом велел я, — сколько я тебе еще должен доплатить за все это? — Я обвел рукой и кофемашину, и новую, явно дорогую посуду, и все остальное.

Танюха засмеялась:

— А это… да ничего ты не должен.

— В смысле? — не понял я. — Ты вышла замуж за миллиардера? Я, конечно, поздравляю, но вряд ли он согласится содержать меня тоже.

— Да ну, не начинай, Серега, — хихикнула Танюха, потом пояснила: — У меня же клиентка, Валентина Павловна, решила все типа поменять. А то, что у нее оставалось, ей не надо. Она часть там где-то по знакомым порассовала, а все остальное осталось. А я ей говорю: если вам не надо, давайте типа я заберу. И забрала. А потом она говорит, что ее подружка тоже увидела, какой та сделала ремонт, и себе хочет все менять. И у нее тоже куча барахла осталась. Я и там типа подсуетилась. А этот сервиз, например, он брендовый, да. С него там, может, пару раз чай пили, но я его хорошо отмыла — и он отличный. Никто и знать не будет. Или вот эта кофемашина — она себе купила типа покруче. Пользовалась она ей всего три месяца. Максимум, что на ней сделала, может, типа штук пять чашек кофе, потому что все время металась между Мальдивами и Монако. Поэтому я считаю — нормально.

— Супер, — сказал я и тут же прибавил: — Но как я могу это все принять, если у тебя такого нет?

— Да как это нет? — фыркнула Танюха. — У меня еще все получше, я себе все типа под цвет сделала — нежно-розовое.

Я еле сдержался, чтобы не хмыкнуть, но потом все-таки не сдержался и хмыкнул.