Книга Единство 1, страница 53 – Данияр Сугралинов

«Это очень важно — то, что я расскажу тебе дальше, — проговорил Мануэль. — Потому что если мы придем к этой точке в раздрае, неподготовленными, то на всей планете можно будет поставить крест». С этого момента Вилли слушал его еще внимательнее, хотя, казалось, куда уж больше.

О будущем старик говорил туманно, а когда раздраженный этим Вилли выразил свое негодование и потребовал ясности, Фуэнтес объяснил, как любое слово о будущем может это самое будущее поменять в худшую сторону.

«Это как с акциями, — привел он пример. — Акции «Дрисколл Инкорпорейтед» взлетели во время Третьей мировой, потому что инвесторы были уверены — бункеры будут раскупать, как горячие хот-доги на ярмарке в прохладный день. Что случилось бы, если бы один инвестор знал, как случится на самом деле?»

Вилли пожал плечами, и Мануэль объяснил: «Он продал бы все акции этой компании и стал играть на понижение. Рынок обратил бы на это внимание, акции полетели бы вниз, семья Дрисколлов вылетела в трубу… а мир сгорел бы в глобальном ядерном облаке».

«Я потерял нить на слове “понижение”, простите», — ответил Вилли. Он действительно с трудом соображал, что пытается донести Фуэнтес, хотя понимал: старик и без того все максимально упрощает. И все же он хорошо запомнил сказанное, а потом еще и умудрился теми же словами пересказать Хайро, Леониду, Рою, Сергею, Йошихиру и Марии несколько лет спустя.

Старик вздохнул и принялся объяснять на пальцах. Знание всего одного человека предстоящих событий может привести к тому, что они или не произойдут, или пойдут по другому сценарию. Пока знание лишь в голове, особых изменений не будет, но любые действия, связанные с ним, повлекут перемены. В примере с бункерами Дрисколлов случилось бы именно так: банкротство компании привело бы к мысли, что ядерной войны не будет, к самоуспокоению, временному снятию напряжения. Но поскольку мировые проблемы остались бы неразрешенными, вместо локальных и точечных ядерных ударов рано или поздно страны обменялись бы всем арсеналом. При таком исходе вся Земля оказалась бы поражена. Жить нам было бы негде, цивилизации пришел бы конец.

В общем, Фуэнтес рассказал Вилли много странных вещей о том, что ждет планету, и пообещал, что наступит момент, когда сам Вилли поймет, что общество больно, и его нужно менять.

«Мне? — удивился Вилли. — Менять общество?»

Мануэль подтвердил, что именно так. Правда, не одному, а вместе с боевыми товарищами, которые, впрочем, пока должны оставаться в неведении. «Изменения начнутся снизу, — пояснил старик. — Вы возглавите это движение».

Вилли снова подумал, что общается с сумасшедшим, но все же спросил: «И что конкретно мне нужно будет сделать? Я же понятия не имею, чего вы хотите!»

«Ты будешь получать указания посредством этого», — ответил старик и протянул Вилли отливающий сталью шар размером с голову воробья.

Очутившись в руке, ледяной шар тотчас согрелся, словно напитавшись жизненными силами, ожил, шевельнулся, меняя очертания. Огромных усилий стоило подавить боязнь неизвестного, не дернуться, не отбросить чуждое.

Будто лужица ртути, неизвестное вещество колыхнулось на ладони, заструилось к запястью, обтекло его и замкнулось в кольцо, которое тотчас остыло. Вилли потрогал его: плотно прилегает к коже, но не давит. Прямо на металле засветилось и медленно погасло: «УСТРОЙСТВО X-2095M ПРИВЯЗАНО И АКТИВИРОВАНО».